Главная | Карта сайта
Страхование
Организация страхового дела и правовое регулирование страховой деятельности, содержание, классификация и элементы страхования, страхование в системе международных экономических отношений, страховые организации и менеджмент в страховании, методология актуарных расчетов страховых тарифов, социальная сущность страхования, страхование в туризме, участники страховых отношений.
Разное
история страхования
классификация страхования
страховая организация
страхование в туризме

Перестрахование

Первый перестраховочный договор по страхованию грузов на часть рейса был заключен в Генуе в 1370 г.

Предпосылкой возникновения перестрахования послужила необходимость в перераспределении страховщиками уже принятых на страхование рисков. Эта необходимость была вызвана соображениями обеспечения финансовой устойчивости страховщиков и сбалансированности рисков, находящихся у них в страховом портфеле.

Как известно, убытки, которые возникают у страхователей в результате наступивших страховых случаев, покрываются за счет страховых взносов и сформированных на их базе страховых резервов. На практике размеры предполагаемых убытков страхователей бывают значительными, т.е. для их покрытия может не хватить сформированного одним страховщиком страхового резерва, тем более когда в страховом портфеле у этого страховщика находятся и другие риски. В подобных ситуациях страховщики, принимая на страхование крупные риски, передают эти риски в последующее страхование другим страховщикам, что называется, в перестрахование.

В этом случае передающий страховщик разделяет ответственность перед страхователем за полное и своевременное покрытие крупных рисков с другими страховщиками (перестраховщиками), с целью обеспечения, во-первых, надлежащего исполнения обязательств по всем принятым на страхование рискам перед страхователями и, во-вторых, своей финансовой устойчивости.

Следует отметить, что в настоящее время тезис о том, что перестрахование является одним из способов обеспечения финансовой устойчивости страховщиков, получил законодательное закрепление в п. 1 ст. 25 Закона о страховом деле, определяющем, что одной из разновидностей гарантии обеспечения финансовой устойчивости страховщиков является перестрахование.

Правовой режим перестрахования определяется всего лишь двумя нормами законодательства, а именно ст. 967 ГК РФ и ст. 13 Закона о страховом деле, а также обычаями делового оборота. Причем возможность применения к перестраховочным отношениям обычаев делового оборота специально оговорена в п. 5 ст. 13 Закона о страховом деле. Рекомендация законодателя о применении в перестраховании обычаев делового оборота обосновывается следующими соображениями.

Это прежде всего скудость нормативно-правовой базы, необходимой для урегулирования перестраховочных отношений, в рамках не только российского законодательства, но и международного правопорядка (договоров, конвенций и т.п.).

Другим аргументом является то, что значительная доля перестраховочной емкости российскими страховщиками передается в перестрахование иностранным страховым компаниям, т.е. нерезидентам. И поскольку в международном праве отсутствует специальный нормативный акт, посвященный страхованию, а тем более перестрахованию, соответственно, при определении условий перестрахования участники перестраховочной сделки применяют обычаи делового оборота.

В российском законодательстве (ст. 967 ГК РФ) определено, что к договорам перестрахования могут применяться правила, предусмотренные гл. 48 ГК РФ, регулирующие страхование предпринимательского риска, если иное не предусмотрено договором перестрахования. Предложенная законодателем диспозитивность в перестраховочных отношениях предоставляет перестрахователю возможность выбора вида имущественного страхования (по объекту страхования). А именно, кроме страхования своего предпринимательского риска перестрахователь может застраховать еще и свою гражданскую ответственность перед страхователем основного договора страхования, но строго следуя при этом регламенту гл. 48 ГК РФ.

Следует отметить, что в международных правопорядках страховщикам не всегда предоставляется возможность применения положений некоторых законов о договорах прямого страхования к договорам перестрахования. В частности, как отмечают Л.Н. Клоченко и К.И. Пылов, некоторые законы о договоре страхования различных стран предусматривают, что их положения не будут применяться к перестрахованию (например, § 186 Закона о страховом договоре Германии, § 101 Закона о договоре страхования Швейцарии). К перестрахованию, равно как и к морскому страхованию, на которое также распространяется действие законов о договоре страхования, применимы лишь общие принципы этих законов. На перестрахование распространяются только общегражданские нормы, содержащиеся в гражданских и торговых кодексах зарубежных стран (например, в ГГУ и ГТУ в Германии).

Именно поэтому при заключении договоров перестрахования с участием иностранных страховщиков стороны, договариваясь об условии применимого права, зачастую оказываются в сложном положении. И это очевидно, так как российских страховщиков не всегда удовлетворяют положения норм зарубежных правопорядков в силу отсутствия в них специальных законов, посвященных перестрахованию. При этом иностранных и отечественных страховщиков не устраивает то, что в российском законодательстве нет четкой определенности по объекту страхуемых интересов страхователей.

Действующее российское законодательство не в полной мере создает определенный правовой режим для реализации перестраховочных сделок, отмечает С.В. Дедиков. Соответственно, попытка регулирования договоров перестрахования нормами страхового законодательства также способствует разрушению перестраховочных договорных отношений. В перестраховании действует обычай международного делового оборота, согласно которому перестраховщик считается обязанным выплатить страховщику страховое возмещение, если не докажет необоснованность его требования, в том числе по облигаторным договорам перестрахования *(99). Мнение С.В. Дедикова сводится к необходимости применения в перестраховании международных обычаев делового оборота для устранения существующей в ст. 967 ГК РФ неопределенности по объекту перестрахования.

Полагаем, что данная точка зрения вполне допустима и может быть реализована. Поэтому предложение С.В. Дедикова о применении в договорах перестрахования обычаев делового оборота, что должно оформляться соответствующей оговоркой в договоре перестрахования, вполне практично. Тем более что возможность применения обычаев делового оборота к перестраховочным отношениям предусматривается ст. 5 ГК РФ и п. 5 ст. 13 Закона о страховом деле. Причем в ст. 13 Закона о страховом деле, как нам представляется, законодатель практически презюмировал необходимость применения в перестраховании обычаев делового оборота.

Кроме того, следует отметить, что тезисы и предложения С.В. Дедикова относятся не столько к материально-правовым вопросам, сколько к процессуально-правовым, так как в российских судах, как утверждает этот автор, приходится доказывать свое право на осуществление правомерных страховых выплат по договорам перестрахования указанного вида.

Что касается правовой регламентации перестрахования, предусмотренной ст. 967 ГК РФ, то согласно данной норме закона риск выплаты страхового возмещения или страховой суммы, принятый на себя страховщиком по договору страхования, может быть им застрахован полностью или частично у другого страховщика (страховщиков) по заключенному с последним договором перестрахования.

К договору перестрахования применяются правила, предусмотренные гл. 48 ГК РФ, подлежащие применению в отношении страхования предпринимательского риска, если договором перестрахования не предусмотрено иное. При этом страховщик по договору страхования (основному договору), заключивший договор перестрахования, считается в этом последнем договоре страхователем.

При перестраховании ответственным перед страхователем по основному договору страхования за выплату страхового возмещения или страховой суммы остается страховщик по этому договору.

Предусматривается последовательное заключение двух или нескольких договоров перестрахования.

Несколько по-иному определяется перестрахование в п. 1 ст. 13 Закона о страховом деле, согласно которому перестрахование - это деятельность по защите одним страховщиком (перестраховщиком) имущественных интересов другого страховщика (перестрахователя), связанных с принятым последним по договору страхования (основному договору) обязательств по страховой выплате.

Таким образом, ГК РФ рассматривает перестрахование как разновидность договора имущественного страхования, объектом страхования которого является риск выплаты страхового возмещения. Причем в ГК РФ данный риск сопоставляется с предпринимательским риском, если иное не предусмотрено договором перестрахования.

Соответственно, если риск выплаты будет обозначен в договоре перестрахования иначе, нежели предпринимательский, это обстоятельство не меняет существо договора перестрахования, так как в конечном счете надлежащим исполнением перестрахователем своих обязательств перед основным страхователем является выплата страхового возмещения. Это основная обязанность перестрахователя перед страхователем основного договора страхования, которую он разделяет с перестраховщиком, что относится к разновидности объектов имущественного страхования (ст. 929 ГК РФ). Поэтому, когда страховщик, выступая в качестве перестрахователя, заключает договор перестрахования, он фактически заключает один из видов договоров имущественного страхования.

Статья 2 также как ст. 13 Закона о страховом деле определяет перестрахование как разновидность страховой деятельности, осуществляемой в качестве самостоятельной и лицензируемой профессиональной деятельности страховщика. При этом перестраховщик, являясь полноправным участником страховых отношений, т.е. субъектом страхового дела, рассматривается в качестве страховой организации (ст. 4.1 Закона о страховом деле). Отличительной чертой перестраховщика является то, что он специализируется только по одному виду страхования, а именно по перестрахованию. Поэтому для осуществления перестраховочной деятельности и получения статуса перестраховщика страховые организации обязаны получить специальную лицензию на осуществление перестрахования, что прямо предусмотрено ст. 32 Закона о страховом деле.

В соответствии со ст. 3 ГК РФ нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать Гражданскому кодексу. В то же время в ст. 970 ГК РФ определено, что правила, предусмотренные гл. 48 ГК РФ, регулирующие страхование, не являются приоритетными в отношениях по страхованию иностранных инвестиций от некоммерческих рисков, морскому страхованию, медицинскому страхованию, страхованию банковских вкладов и страхованию пенсий постольку, поскольку законами об этих видах страхования не установлено иное. Как видно, для регулирования страховых отношений ГК РФ в определенной части вводит исключения из своих правил, отдавая приоритет другим законам, но только по некоторым видам страхования. Однако перестрахованию ГК РФ не предоставил подобной возможности, полностью сохраняя данный вид страховых операций под своей регламентацией и правовым режимом.

Тем не менее Закон о страховом деле устанавливает для перестрахования иной правовой режим, определяя его как разновидность страховой деятельности. Причем страховая практика в большей степени пошла именно по этому пути, подтверждением чему является наличие на современном страховом рынке значительного числа специализированных перестраховочных организаций, которые занимаются только перестрахованием.

Вопрос о сущности перестрахования вызвал острую дискуссию, участники которой разделились на два лагеря.

Некоторые исследователи страхового дела прошлого столетия определяли перестрахование как разновидность имущественного страхования. Такой точки зрения придерживался, в частности, В.И. Серебровский *(100), который рассматривал перестрахование фактически как разновидность имущественного вида страхования, что, по существу, является в некотором роде отголоском нынешнего определения перестрахования, указанного в ст. 967 ГК РФ.

Не менее интересна точка зрения по рассматриваемому вопросу другого исследователя страхового дела - В.К. Райхера, который полагал, что перестрахование ближе всего к страхованию гражданской ответственности и даже является особой его разновидностью: перестрахование тесно связано со страховой ответственностью страховщика, составляющей его гражданскую ответственность перед страхователем. В.К. Райхер указывал, что перестрахование, рассматриваемое как страхование, при всей своей самостоятельности в конечном счете является страхованием от выполнения собственных страховых обязательств, сполна оплаченных страховыми премиями. В своих рассуждениях В.К. Райхер не рассматривает перестрахование в качестве самостоятельного вида страховой деятельности, при этом исходя из двух концепций - экономической и юридической.

Следуя экономической концепции, можно отметить, что при перестраховании не создается никакого нового страхового фонда, а лишь определенным образом связываются и координируются существующие страховые фонды. Известно, что экономическую основу страховой деятельности составляет страховой фонд, формируемый за счет взносов неограниченного числа страхователей для удовлетворения их эвентуальных потребностей, а не потребностей страховщиков (перестрахователей). Поэтому с экономической точки зрения изложенное суждение В.К. Райхера относительно экономической сущности перестрахования вполне обоснованно, так как при осуществлении перестраховочных операций не происходит формирование дополнительного, за счет средств страхователей, страхового фонда, а лишь осуществляется перераспределение уже созданного и существующего страхового фонда, причем перераспределение между двумя или несколькими страховыми организациями. Конечно, подобный способ формирования страхового фонда путем вторичного перераспределения уже сформированного фонда без создания новой - дополнительной - денежной составляющей этого фонда за счет новых поступлений от страхователей свидетельствует об отсутствии в перестраховании основного - экономического - признака, характерного для прямого страхования.

И здесь, безусловно, прав В.К. Райхер, полагая, что столь существенное экономическое различие между страхованием и перестрахованием решительно препятствует их юридическому отождествлению, т.к. подобное отождествление совершается под влиянием ряда моментов чисто внешнего формального сходства, при этом игнорируется внутреннее материальное различие между страхованием и перестрахованием, что лишает первое его своеобразия, а второе расширяет за его естественные пределы.

Именно поэтому для перестрахования большое значение имеет его юридическая составляющая. Данная точка зрения обусловлена целью перестрахования, которая заключается в опосредованной (дополнительной) защите имущественных интересов страхователей по основному - прямому договору страхования. То есть фактически предметом договора перестрахования является передача риска выплаты по основному договору от одного страховщика - перестрахователя другому страховщику - перестраховщику, причем риска выплаты не в полном объеме, а в определенной части.

Следует заметить, что перестраховщик не расширяет сферу страховых услуг с точки зрения защиты имущественных интересов неопределенного круга страхователей, так как он ограничен защитой имущественных интересов уже заранее известных и определенных страхователей по основным договорам страхования. То есть перестраховщик не принимает на страхование риски прямых страхователей, которые могут обратиться к нему за защитой своих эвентуальных потребностей с определенными имущественными интересами.

Поэтому возникает вопрос: чьи же страховые интересы обеспечивает перестраховщик? Ответ на него можно найти в ст. 967 ГК РФ, которая фактически определяет, что перестраховщик по договору перестрахования несет обязательство перед перестрахователем - страховщиком по основному договору страхования за риск выплаты последним страхового возмещения страхователю по тому же основному договору. То есть два страховщика фактически обеспечивают защиту имущественного интереса одного страхователя путем перераспределения риска выплаты страхового возмещения между собой, хотя прямым страховщиком по основному договору для страхователя считается перестрахователь, а не перестраховщик. Поэтому можно отметить, что, принимая на себя обязательство по выплате перестрахователю страхового возмещения, перестраховщик всего лишь дублирует страховую выплату, которую должен осуществить перестрахователь страхователю по основному договору страхования.

Соответственно, перестраховщик не обеспечивает новую страховую защиту для нового страхователя, а создает всего лишь дополнительную финансовую устойчивость для страховщика основного договора страхования. При этом страховщик основного договора страхования вполне уверен в том, что, выплатив страхователю страховое возмещение, он компенсирует эту сумму за счет перестраховщика.

В договоре перестрахования, по сути, прослеживается корреспонденция одного лица - страхователя с двумя лицами - страховщиками, которые обязуются не солидарно, а субсидиарно. То есть два страховщика "противопоставляются" одному страхователю, но только по отдельности, а не вместе. Это, в свою очередь, свидетельствует о том, что с юридической точки зрения договор перестрахования не вызывает собой новый договор страхования, а лишь является акцессорным обязательством, опосредующим основной договор страхования. То есть договор перестрахования возникает только тогда, когда существует основной договор страхования. Данный тезис можно подкрепить и давно сложившимся в практике перестрахования обычаем, согласно которому перестраховщик следует судьбе перестрахователя, о чем подробнее речь будет идти дальше.

Подобной точки зрения придерживаются Л.Н. Клоченко и К.И. Пылов, полагая, что перестрахование предопределено наличием договора прямого, оригинального страхования, основывается на нем. Несомненно, что перестрахования без страхования не существует.

Сторонниками данной точки зрения были также исследователи страхового дела прошлого столетия К.А. Граве и Л.А. Лунц, полагавшие, что перестрахование есть соглашение между страховыми обществами, по которому одно страховое предприятие обязуется возместить другому страховому предприятию сумму или часть суммы, выплачиваемой последним клиенту по договору имущественного или личного страхования. Таким образом, перестрахование служит средством перенесения риска от страховых операций с одного страхового предприятия на другое. Мнение авторов также сводится к тому, что к перестраховщику страховой риск переходит только от перестрахователя, а не от страхователя по основному договору страхования.

В свое время известный российский цивилист XIX столетия Д.И. Мейер, исследуя институт перестрахования, полагал, что страховщик также может быть и страхователем по имуществу, принятому им на страх, т.е. может застраховать себя от тех убытков, которые он понесет в случае гибели имущества, в виде вознаграждения страхователю. Точка зрения Д.И. Мейера о том, что страховщик, выплачивая страхователю вознаграждение, несет собственный убыток, не совсем увязывается с экономической сущностью страхования. Очевидно, автор не приял во внимание то, что выплата страховых возмещений осуществляется не из собственных средств страховщика, а из страхового фонда, формируемого за счет взносов страхователей.

Страховщик не несет собственных убытков, выплачивая страхователям страховое возмещение, как полагал Д.И. Мейер. Страховщик, принимая на себя риск по основному договору страхования и передавая этот же самый риск в перестрахование, не страхует собственный интерес и собственные убытки, выступая в качестве страхователя, а всего лишь разделяет этот риск с другим страховщиком.

Попытки рассматривать перестрахование в качестве разновидности договора имущественного страхования не имеют должного правового обоснования, так как в договоре перестрахования лицо, выступающее в роли перестрахователя, не обладает страховым интересом, характерным для лица, в пользу которого заключается договор страхования, так как у него отсутствует возможность несения убытка.

Предметом договора перестрахования является не новый страховой риск, передаваемый перестрахователем перестраховщику, а тот, который он сам принял на страхование. Поэтому следует еще раз отметить, что перестрахование не образует нового страхового фонда, а лишь перераспределяет или разделяет уже сформированный. Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что перестрахование - это ничто иное, как разновидность страховой деятельности, но не определенный вид страхования. Между видом страхования и разновидностью страховой деятельности имеются существенные различия.

Если для осуществления того или иного вида страхования законодатель предусматривает наличие в страховой сделке таких элементов и терминов, как "страховой интерес", "страховой риск", "страховое событие", "страховой случай", "страховая премия" и т.д., которые отражают прежде всего правовое положение страхователя и его экономический интерес в страховании, то в перестраховании указанные элементы и термины не являются совокупностью признаков, характеризующих эвентуальную потребность перестрахователя. В перестраховании эти элементы используются перестрахователем в качестве правовых "инструментов" для разделения страхового риска между несколькими страховщиками. При этом они, конечно, сохраняют присущую страхованию "правовую оболочку".

А. Манес утверждал, что "перестрахование представляет собой средство к достижению технического идеала страхования; посредством него достигается раздробление и уравнение рисков, а также установление возможно одинакового отношения между требованиями к страховым организациям и исполнением этих требований. Посредством остроумной организации, таким образом, создана возможность для одного страхового предприятия принимать вообще участие в крупных рисках. Удобство перестрахования заключается еще и в том, что страховщик сам принимает на себя такую часть риска, которую он по точному расчету может выдержать сравнительно без всякой опасности для его собственного предприятия".

М.И. Брагинский считает, что благодаря перестрахованию страховщик получает возможность перераспределять лежащий на нем риск между ним (перестрахователем) и перестраховщиком. Именно для этой цели страховщик в договоре имущественного, а равно и личного страхования заключает с перестраховщиком договор перестрахования.

Как видно, экономист А. Манес и правовед М.И. Брагинский сходятся во мнениях, что перестрахование - это способ перераспределения крупных рисков с целью обеспечения финансовой устойчивости страховщиков.

Для реализации указанной цели необходимо наличие определенной правовой конструкции с участием двух или нескольких страховых организаций, имеющих лицензию на осуществление перестраховочной деятельности, а также наличие в сделке необходимых элементов, без которых невозможно существование страхования. Речь идет о столь существенном элементе, как страховой интерес, обязательное наличие которого прямо предусмотрено ст. 13 Закона о страховом деле, определяющей перестрахование только как деятельность по защите имущественных интересов страховщика (перестрахователя). При этом для установления абсолютной легитимности сделки по перестрахованию остается лишь определить, в чем заключается страховой интерес перестрахователя.

О том, что выплата страхового возмещения страхователю по основному договору не влечет за собой прямых убытков у перестрахователя, речь уже шла. Однако вопрос, что имел в виду законодатель, наделяя перестрахователя страховым интересом в договоре перестрахования, остается открытым и также является дискуссионным.

На наш взгляд, наиболее точно страховой интерес перестрахователя определил В.К. Райхер, полагавший, что перестрахование подлежит рассмотрению как страхование от выполнения собственных страховых обязательств, сполна оплаченных страховыми премиями. Другими словами, он предлагает рассматривать перестрахование как имущественный вид страхования гражданской ответственности перестрахователя, тем самым определяя интерес перестрахователя как риск гражданской ответственности по договору, который предусматривается п. 2 ст. 929 ГК РФ как разновидность имущественного страхования.

Представляется, что из всех имеющихся в ГК РФ объектов страхования предложенный В.К. Райхером объект страхования (имущественный интерес) является наиболее соответствующим сущности перестрахования.

Дело в том, что перестрахователя побуждает вступить в перестраховочные отношения необходимость, связанная с разделением принятого им на страхование риска с другим страховщиком (перестраховщиком) с целью надлежащего исполнения своих обязательств по основному договору перед страхователем путем выплаты страхового возмещения в полном объеме. Данная мотивация не вызывает сомнения в том, что страховщик по основному договору страхования заинтересован в надлежащем исполнении своих обязательств перед страхователем.

Таким образом, наличие в перестраховочной сделке формально двух участников - перестрахователя, имеющего свой интерес, и перестраховщика - свидетельствует о том, что перестрахование вполне может осуществляться в страховой сфере (деятельности), причем деятельности как со стороны перестрахователя, который передает в перестрахование часть риска, так и со стороны перестраховщика, принимающего этот риск. Поэтому есть все основания полагать, что перестрахование - это разновидность страховой деятельности.

Немало дискуссий ведется по вопросу о том, что является страховым случаем по договору перестрахования: выплата страховщиком (перестрахователем) страхового возмещения страхователю основного договора страхования или наступление страхового случая по этому же основному договору страхования.

Если следовать законодательной регламентации, то в соответствии со ст. 967 ГК РФ страховым случаем по договору перестрахования является выплата перестрахователем - страховщиком по основному договору страхования страхового возмещения страхователю по этому же договору. Другие обстоятельства, связанные с наступлением страхового случая, законодатель не предусматривает. В принципе, аналогичная регламентация содержится и в ст. 13 Закона о страховом деле, которая напрямую увязывает факт наступления страхового случая с выплатой перестрахователем страхового возмещения страхователю по основному договору страхования.

Тем не менее в процессе реализации указанных норм возникает одно обстоятельство, влекущее за собой некоторую неопределенность, связанную с совпадением срока действия основного договора страхования со сроком действия договора перестрахования. Дело в том, что договор перестрахования как правило заключается на период действия основного договора страхования. Однако специфика страхового возмещения по основному договору страхования такова, что страховое возмещение страхователю выплачивается зачастую за пределами срока действия этого договора.

Например, если страховое событие по основному договору страхования наступает за один день до окончания срока его действия, то, соответственно, страховое возмещение по данному договору будет выплачено после окончания срока действия этого договора. Процедура страхового расследования занимает значительное время, а по крупным или масштабным событиям (имеется в виду, по размеру убытков), - до нескольких месяцев. Соответственно, и страховые выплаты осуществляются за пределами сроков действия основных договоров страхования. Поскольку сроки действия основных договоров страхования совпадают со сроками действия договоров перестрахования, выплата страхового возмещения осуществляется не только за пределами сроков основных договоров страхования, но и за пределами договоров перестрахования.

Поэтому возникает вопрос, является ли факт выплаты страхового возмещения страховым случаем по договору перестрахования, если эта выплата была осуществлена по истечении срока действия договора перестрахования. При этом следует также учесть, что предусмотренный договором перестрахования страховой случай наступил.

Позиция ВАС РФ по данному вопросу сводится к тому, что если выплата страхового возмещения по основному договору страхования была осуществлена за пределами срока действия договора перестрахования, то перестрахователь лишается возможности требовать страховое возмещение от перестраховщика по договору перестрахования, если договором перестрахования не предусмотрено иное *(109).

Данным выводом ВАС РФ фактически указал, что страховой случай по договору перестрахования - выплата перестрахователем страхового возмещения по основному договору страхования - должен наступить в период действия договора перестрахования. Однако, учитывая специфику перестраховочных операций, ВАС РФ предоставил перестраховщику возможность самому определиться в вопросе о сроке действия договора перестрахования или сроке страхового покрытия.

В связи с изложенным выше, следует отметить, что в страховой доктрине издавна существует точка зрения о необходимости включения в договор перестрахования оговорки о следовании судьбе. Сторонники данной доктрины рассматривают ее как особую оговорку в договоре перестрахования, согласно которой перестраховщик, следуя судьбе прямого страховщика, подпадает под те же обстоятельства, затрагивающие их отношения, т.е. возникающие извне, а не вызванные каким-либо образом прямым страховщиком. Это особенно важно при наступлении ущерба.

Разделяя точку зрения Кристофа Пфайффера, С.В. Дедиков также полагает, что принцип следования судьбе уже по своему названию предполагает, что перестраховщик готов подчиняться тем объективным, т.е. не зависящим от воли перестрахователя обстоятельствам, которые влияют на застрахованный объект или застрахованное лицо и результаты страхования.

Основу принципа о следовании судьбе составляет волевое сознательное действие перестраховщика, подтверждающее полное согласие со всеми действиями перестрахователя, связанными с реализацией основного договора страхования. Такими действиями, в частности, являются установление факта наступления страхового события (случая) по основному договору страхования и выплата страхового возмещения.

Если страховщик по основному договору страхования признал заявленное страхователем событие страховым случаем и принял решение о страховом возмещении, то перестраховщик, не удостоверяясь в правомерности решения перестрахователя, обязан также автоматически признать заявленное страхователем основного договора событие страховым случаем и выплатить перестрахователю страховое возмещение. Таким образом, получается, что страховым случаем для перестраховщика будет не факт выплаты перестрахователем страхового возмещения по основному договору страхования, а событие, которое наступило по этому договору. Другими словами, для перестрахователя и перестраховщика страховой случай, наступивший по основному договору страхования, будет являться страховым случаем и по договору перестрахования.

По большому счету, подобная конструкция имеет право на жизнь, так как в ее основе лежит самый главный правовой постулат - волеизъявление участников договора перестрахования о подобной оговорке. Именно данный тезис и был поддержан ВАС РФ в п. 22 Информационного письма от 28 ноября 2003 г. N 75, который фактически указал, что если страховщик основного договора страхования (перестрахователь) осуществил правомерное страховое возмещение, признав заявленное страхователем событие страховым случаем, то перестраховщик в любом случае обязан возместить перестрахователю эти расходы. В этом и заключается, собственно, назначение перестрахования.

Тем не менее обязательство о следовании судьбе не лишает перестраховщика права на отказ от данной оговорки. Если перестраховщик не согласится с решением перестрахователя о признании заявленного события по основному договору страхования страховым случаем, то у него есть все правовые основания не следовать судьбе перестрахователя или его решениям. Причем если решение страховщика по основному договору страхования будет подкреплено судебным актом, то перестраховщик все равно не лишается права на принятие самостоятельного решения о том, что может являться страховым случаем по основному договору страхования, равно как и по договору перестрахования. Подобное право перестраховщика подкреплено выводами ВАС РФ (п. 23 Информационного письма от 28 ноября 2003 г. N 75). В частности, ВАС РФ указал, что условие договора перестрахования, согласно которому перестраховщик обязан следовать всем решениям и действиям перестрахователя, также не влекут для него обязанность выплатить возмещение только при наступлении страхового случая по договору перестрахования.

Данным разъяснением ВАС РФ фактически нивелировал издавна существовавшие в практике перестрахования оговорки о следовании судьбе и решениям, тем самым наделив договор перестрахования большей самостоятельностью. Конечно, указанные оговорки вполне применимы на практике и законом не запрещаются, но только впредь они приобретают скорее декларативный, нежели реально исполнимый характер.

По сути, оговорки о следовании судьбе и решениям ставят перестраховщика в зависимость от воли перестрахователя, исключая таким образом самостоятельность действий со стороны перестраховщика. Кроме того, эти оговорки практически нивелируют особенность, самобытность и самостоятельность договора перестрахования. Они фактически "растворяют" договор перестрахования в основном договоре страхования, лишая договор перестрахования индивидуализации (имеется в виду объект страхования, страховой случай и прочие основные элементы страхования).

Вместе с тем перестраховщик волен, с учетом добросовестности поведения со стороны перестрахователя, строго следовать его указаниям и решениям. Именно поэтому основанием, на котором выстраиваются перестраховочные отношения, являются принцип доверия перестраховщика к перестрахователю и добросовестность поведения со стороны перестрахователя в процессе реализации условий договора перестрахования.

Очевидно, не без учета изложенных обстоятельств законодатель ввел определенные ограничения по совмещению видов страхуемых объектов при осуществлении перестраховочных операций. Речь идет о положении п. 3 ст. 13 Закона о страховом деле, согласно которому страховщики, имеющие лицензии на осуществление страхования жизни, не вправе осуществлять перестрахование рисков по имущественному страхованию, принятых на себя страховщиками.

Здесь прослеживается разумное стремление законодателя обеспечить в большей степени защиту личных неимущественных интересов страхователей (жизнь и здоровье), а не их материальных интересов. Это связано с тем, что крупные по размерам страховые выплаты по имущественным видам страхования, тем более с безусловными оговорками о следовании судьбе и решениям страховщика по основному договору страхования, могут пошатнуть финансовую устойчивость перестраховщиков. Данное обстоятельство, в свою очередь, может повлечь несвоевременное осуществление страховых выплат в случае причинения вреда жизни и здоровью страхователей, что противоречит постулату о высшей ценности жизни и здоровья людей.

Обладая исключительной диспозитивностью по выстраиванию отношений между перестрахователем и перестраховщиком, договоры перестрахования подразделяются на типы, формы и виды, которые в совокупности составляют структуру перестраховочных правоотношений.

Видный современный исследователь перестрахования К.Е. Турбина предложила следующую структуру перестраховочный отношений.

Тип перестрахования:
- классическое;
- финансовое.

Форма перестрахования:
- факультативная;
- облигаторная.

Вид перестрахования:
- пропорциональное;
- непропорциональное.

Подвид:
- квотное - эксцедент сумм;
- эксцедент убытка - эксцедент убыточности.

Основу классического перестрахования составляет издавна существующая форма перераспределения (дробления) риска между несколькими страховыми организациями - перестраховщиками. В классическом перестраховании перераспределяются, как правило, только один или несколько однородных рисков, причем на определенный срок и, обычно, с определенными участниками перестраховочных отношений. При этом в классическом перестраховании в первую очередь обеспечивается финансовая устойчивость страховщика путем перераспределения риска, а уже потом формирование вторичного страхового фонда (перераспределение страхового фонда).

Финансовое, или альтернативное перестрахование несколько шире, чем классическое, ибо помимо перераспределения риска происходит перераспределение страхового фонда, другими словами, перераспределение финансовых активов страховщиков (здесь не идет речь о чистых активах). Или, как характеризует его К.Е. Турбина, финансовое перестрахование есть отношения между страховщиком и перестраховщиком, связанные с перераспределением как страхового, так и финансового рисков, присущих страховой деятельности, на долгосрочной основе (более одного года).

Факультативное перестрахование является наиболее простой формой перестрахования, в соответствии с ним по каждому отдельному перераспределению риска участники договора перестрахования заключают самостоятельные договоры перестрахования. Принцип заключения факультативного договора перестрахования основан на простейшем методе заключения обычного договора страхования.

При факультативном перестраховании страховщик основного договора страхования направляет или передает будущему перестраховщику всю необходимую информацию о принятом на страхование риске и предлагает ему этот риск в перестрахование. Другой отличительной чертой факультативного перестрахования является, как вполне обоснованно отмечает К. Пфайффер, то, что прямой страховщик сам выбирает, кому предложить риск в перестрахование, а перестраховщик, взвесив все "за" и "против" и соотнеся их с основными принципами своей деятельности, решает, принять ли на себя часть риска, и если да, то в каком объеме.

Договор факультативного перестрахования оформляется в порядке, предусмотренном ст. 940 ГК РФ, а именно в письменной форме. Обычно перестрахователь передает перестраховщику письменное предложение в виде двух экземпляров бордеро, в котором указываются все признаки и особенности предлагаемого в перестрахование риска. Если перестраховщик принимает эти условия риска, то он подписывает оба экземпляра бордеро, один из которых возвращает перестрахователю. С этого момента возникают перестраховочные отношения.

В факультативном перестраховании действуют традиционные для перестрахования правила и обычаи, в частности, перестраховщик, как правило, полностью разделяет судьбу передающей компании. Тем не менее, по общему правилу, если дело доходит до судебного разбирательства, возможность обращения в арбитражный суд, как упоминалось выше, должна оговариваться в специальной статье договора перестрахования, или же стороны могут разрешить возникший спор в третейском суде. Согласно, например, ст. 1443 Французского гражданского кодекса, оговорка о третейском суде должна быть предусмотрена либо в самом соглашении, либо в документе, на который он ссылается.

Облигаторное перестрахование - это форма договоров перестрахования, по условиям которой страховщик обязуется передавать все принятые им на страхование риски по определенным объектам страхования перестраховщику, а перестраховщик, в свою очередь, обязуется принимать в перестрахование указанные риски. При этом перестраховщик не должен выражать каким-либо образом свое согласие по каждому отдельному риску, принимаемому в перестрахование. Считается, что перестраховщик полностью полагается на страховщика по основному договору страхования в части принятия на страхование риска, его оценки, определения размера страховой премии и прочих условий страхования. Поэтому исключительным правом выбора по принятию на страхование рисков обладает только страховщик основного договора страхования, который оценивает эти риски по собственному усмотрению, без получения предварительного согласия на это у перестраховщика.

По условиям облигаторного перестрахования страховщик основного договора вправе, как замечает К. Пфайффер, по собственному усмотрению определять страховую премию, принимать надлежащие меры в отношении управления полисами, по которым должно быть осуществлено перестрахование, и урегулировать убытки, как он считает нужным, в общих интересах страховщика и перестраховщика. Если цедент (страховщик основного договора) действует с грубой небрежностью или намеренно в ущерб интересам перестраховщика, последний не будет связан решениями цедента. Таким образом, обязанность перестраховщика следовать действиям цедента относится к праву цедента управлять своими делами. Другими словами, объем и передел обязанности следовать действиям цедента соответствует праву страховщика- цедента управлять своим бизнесом.

Следует помнить, что для договоров перестрахования существенное значение имеет реализация принципа наивысшей добросовестности, предусматривающего добросовестное поведение участников договора перестрахования при исполнении встречных обязательств.

Добросовестность поведения со стороны страховщика прямого договора страхования сводится в основном к правильной оценке принимаемого на страхование риска. Для этого от него требуется определить вероятность наступления страхового случая, учитывая возможную реализацию рисковых обстоятельств, рассчитать страховые тарифы, достоверно установить признак случайности, в особенности информированность страхователей о рисковых обстоятельствах, а также ряд других обстоятельств, связанных с оценкой страхового риска.

В свою очередь, от перестраховщика также требуется встречное добросовестное исполнение своих обязательств по осуществлению страховой выплаты перестрахователю в случае реализации страхового риска.

Изложенные принципы добросовестного поведения участников договора перестрахования могут быть определены в договоре облигаторного перестрахования в виде специальных оговорок, которые предписывают участникам определенные действия. Эти оговорки приобретают признаки существенных условий договора облигаторного перестрахования в соответствии со ст. 432 ГК РФ и подлежат обязательному исполнению участниками договора, так как односторонний отказ от исполнения принятых на себя обязательств или недобросовестное их исполнение законом не допускается (ст. 310 ГК РФ), равно как запрещается отказ от встречного исполнения обязательства (ст. 328 ГК РФ).

Особенностью принципа наивысшей добросовестности со стороны перестраховщика является недопустимость одностороннего отказа перестраховщиком от принятия у перестрахователя передаваемого им риска. Подобные действия не столько приводят к разрушению определенного конкретного договора облигаторного перестрахования, так как это частный случай, который подлежит урегулированию в добровольном или принудительном порядке, сколько создают неблагоприятные прецеденты, отрицательно влияющие на сложившиеся традиции и обычаи в перестраховании в целом. Единичные случаи подобного поведения со стороны перестраховщиков, если они имеют место, способствуют лишь распознаванию появившихся на страховом рынке недобросовестных перестраховщиков. При этом происходит процесс естественного отбора добросовестных постоянных участников перестраховочных отношений на определенном сегменте страхового рынка.

Возможны варианты, когда перестраховщики по облигаторному перестрахованию вынуждены отказываться от принятия в перестрахование полностью или частично определенной доли риска в силу возникшей временной финансовой сложности, дабы исключить в будущем неисполнение своих обязательств по договору. В этом случае перестраховщик обязан заблаговременно проинформировать об этом страховщика основного договора, предоставляя ему возможность оценить свои финансовые возможности без учета ответственности перестраховщика, прежде чем принять на страхование тот или иной риск. Подобная обязанность перестраховщика должна быть оговорена в договоре облигаторного перестрахования.

Отношения по облигаторному перестрахованию оформляются по принципу генерального полиса (ст. 941 ГК РФ) путем заключения одного договора облигаторного перестрахования. Условия, на которых подлежит заключению генеральный договор облигаторного перестрахования, предварительно согласовываются между участниками договора. В договоре, как правило, предусматриваются все без исключения условия и оговорки процедуры принятия рисков, их оценка (оговорки о следовании судьбе и решениям, о порядке и сроках уплаты страховой премии, страхового возмещения, арбитражные оговорки, а также ряд других, предусматривающих возможность полноценной реализации сделки по перестрахованию). Причем указанные условия должны отражать полноценную волю сторон договора перестрахования с целью исполнения договора без судебного вмешательства. На этом и выстраиваются перестраховочные отношения. Факт заключения генерального договора облигаторного перестрахования еще не свидетельствует о том, что в перестрахование передан определенный риск. Этим договором всего лишь определяются общие условия дальнейших взаимоотношений по конкретным рискам.

Фактическая передача конкретного риска в перестрахование оформляется путем принятия перестраховщиком окончательного бордеро - одностороннего документа перестрахователя, в котором содержатся все сведения о конкретном риске, передаваемом в перестрахование, а именно наименование страхователя, вид риска, полученная премия, доля ответственности перестраховщика, доля премии перестраховщика, срок страхования. Другими словами, все те существенные условия договора страхования, которые определены ст. 942 ГК РФ. Окончательному бордеро предшествует предварительное бордеро, с которым знакомится перестраховщик для предварительной оценки принимаемого в перестрахование риска. На стадии ознакомления с предварительным бордеро перестраховщик вправе получить дополнительную информацию о передаваемом риске. В последнее время на практике все чаще для быстроты работы бордеро пересылается в электронной форме с последующей передачей данного документа на бумажном носителе.

Пропорциональное перестрахование относится к разновидности договора перестрахования, по условиям которого доля перестраховочной премии распределяется между участниками договора перестрахования пропорционально их участию в убытке. Это наиболее распространенный вид договоров перестрахования, так как по нему у участников договора имеется возможность заранее рассчитать и спланировать свои финансовые показатели с целью обеспечения финансовой устойчивости.

Пропорциональный договор перестрахования, в свою очередь, бывает двух разновидностей - квотный и эксцедентный.

Квотное пропорциональное перестрахование - это вид перестрахования, по которому доля перестраховщика определяется в момент подписания генерального облигаторного договора перестрахования в определенной квоте, или доле, причем по всем страховым рискам, принимаемым на страхование страховщиком основного договора страхования. Соответственно, в этой же доле подлежит перераспределению полученная страховщиком страховая премия, а также убытки, подлежащие выплате при наступлении страхового случая.

Эксцентный пропорциональный договор перестрахования заключается в тех случаях, когда принимаемый страховщиком основного договора страхования на страхование риск превышает заранее определенную долю его собственного удержания. Эта превышающая часть суммы собственного удержания страховщика называется эксцедентом суммы, которая и подлежит пропорциональному перераспределению между остальными участниками договора перестрахования в заранее определенных объемах ответственности, причем по каждой линии риска в отдельности (по виду страхуемых объектов).

Кроме эксцедента сумм договор перестрахования может заключаться на базе эксцедента убытка. Это такие условия договора, по которым ответственность перестраховщика наступает только в том случае, если размер наступившего убытка превышает сумму собственного удержания страховщика основного договора страхования. Например, если на собственном удержании у страховщика основного договора страхования находится убыток в сумме 1 млн руб., то возникший убыток сверх указанной суммы называется эксцедентом убытка, который подлежит перераспределению между перестраховщиками.

Непропорциональное перестрахование является разновидностью перестрахования, по условиям которого в перестрахование передается только не перераспределенная пропорционально между страховщиками часть убытка, превышающая собственное удержание страховщика основного договора страхования. По сути, перестрахованию подлежит возникающая и пропорционально неучтенная часть убытка, подлежащая повторному перераспределению, но уже не на основе известной доли ответственности каждого участника договора перестрахования, а согласно новой договоренности.

Разнообразие форм и разновидностей перестрахования позволяет участникам договоров перестрахования осуществлять перестраховочные операции таким образом, чтобы, с одной стороны, обеспечить финансовую устойчивость страховщиков, а с другой - обеспечивать перестраховщиков перестраховочной емкостью.

В процессе реализации договоров перестрахования на практике зачастую возникают вопросы, связанные с урегулированием конфликтов интересов, затрагивающих нескольких перестраховщиков, между которыми был перераспределен страховой риск. Речь идет о тех возможных конфликтах, которые возникают в процессе урегулирования убытков и как следствие порождают судебные споры. Такие споры возникают в основном по двум основаниям. Первое - это несогласие перестраховщиков с обстоятельствами страхового случая, наступление которого признано страховщиком основного договора страхования. Вторым основанием для возникновения спорных ситуаций является несогласие перестраховщиков с размером убытка, признанного страховщиком основного договора страхования по факту наступившего страхового случая.

Подобные конфликты урегулируются в порядке и на условиях, предусмотренных договором перестрахования, таких, как следование перестраховщика судьбе и решениям страховщика основного договора страхования. При этом основным аргументом при рассмотрении споров в судах является тезис о необходимости строго исполнять условия договоренностей. Ранее подобные оговорки в договорах перестрахования имели характер императивного значения, что лишало перестраховщиков права на оспаривания решений страховщика, даже если они были подкреплены судебными решениями.

ВАС РФ в Информационном письме от 28 ноября 2003 г. N 75 (п. 21) указал, что если риск страховщика перестрахован несколькими перестраховщиками, то решение, вынесенное арбитражным судом по спору между страховщиком и одним из перестраховщиков, не освобождает от доказывания обстоятельств, установленных этим решением, при рассмотрении спора между тем же страховщиком и другими перестраховщиками.

Данным разъяснением ВАС РФ придал большее значение статусу перестраховщика в договорах перестрахования.
сущность страхования
правовое регулирование
методология расчетов
страхование в МЭО
участники страхования
Формы взаимодействия участников страхования:
элементы страхования
Copyright 2011-2013 © Страхование