Главная | Карта сайта
Страхование
Организация страхового дела и правовое регулирование страховой деятельности, содержание, классификация и элементы страхования, страхование в системе международных экономических отношений, страховые организации и менеджмент в страховании, методология актуарных расчетов страховых тарифов, социальная сущность страхования, страхование в туризме, участники страховых отношений.
Разное
история страхования
классификация страхования
страховая организация
реклама
кондитерская Славишна
свадебный торт
(кондитерская Славишна - кондитерские изделия на свадьбу на заказ)
страхование в туризме

Категория интереса в страховании

Страховой интерес всегда был предметом пристального внимания всех лиц, когда-либо соприкасавшихся со страхованием. Это обусловлено феноменом страхового интереса, его происхождением и значением для страховых правоотношений. О том, что этому вопросу уделяется значительное внимание, свидетельствуют продолжающиеся дискуссии по вопросу понятия страхового интереса, его места и роли в страховом деле и в страховом праве, а также существующая судебная практика, которая тоже не однозначна в своих выводах о понятии страхового интереса.

Интерес в страховании - наиболее существенный, если не самый главный элемент. Столь высокая значимость и оценка страховому интересу даны в силу того, что страховой интерес поистине является фундаментом страховых правоотношений. Именно в силу этого обстоятельства в страховой доктрине издавна прочно существует тезис, что без интереса нет страхования.

Данный тезис выкристаллизовывался десятилетиями после того, как в науке гражданского права были даны юридическое понятие категории интереса, его сущность, объективные и субъективные признаки. Поэтому для полного и всестороннего раскрытия категории страхового интереса необходимо рассмотреть его общенаучное понятие, экономическое, социальное и юридическое содержание и значение в общественной жизни людей.

Слово "интерес" происходит от латинского interest, что означает "иметь значение, важно". Как социологический термин интерес означает направленность субъекта на значимые для него объекты, связанные с удовлетворением его потребностей. Другими словами, интерес является причиной деятельности субъектов, направленной на удовлетворение определенных социальных потребностей, лежащей в основе непосредственных побуждений, мотивов, идей и т.п. Интерес, кроме того, определяется положением и ролью этих субъектов в системе общественных отношений.

Политологи под интересом понимают систему ориентации личности, группы, класса, партии, общественного движения, государственного аппарата, выражающую отношение к завоеванию или удержанию власти.

Как экономический термин интерес означает предмет заинтересованности, желания и побудительные мотивы действий экономических субъектов.

Данные обозначения позволяют выделить несколько существенных и очень важных признаков, составляющих интерес как термин, употребляемый в широком смысле этого слова, т.е. в различных областях жизни людей, а именно в политологии, социологии, экономике, юриспруденции.

В частности, категория интереса состоит из следующих признаков:
- объективность интереса;
- субъективность интереса;
- потребность в интересе;
- осознанность интереса;
- материальная выгода интереса;
- правомерность интереса.

1. Объективность, или объективная сторона категории интереса, характеризуется реальностью окружающего мира, отражающейся в сознании людей, а также их взаимоотношениями по поводу перераспределения материальных ценностей.

Это, в частности:

- предметы и объекты окружающего материального мира, которые являются объектами внимания людей (экономическая составляющая интереса);

- модель общественных отношений между людьми, группами людей, социальными слоями общества, различными государствами, гражданином и государством (социальная, философская, политическая, экономическая и юридическая составляющие интереса).

2. Субъективность, или субъективный признак категории интереса, характеризуется отношением граждан, группы людей и общества в целом к предметам материального мира, к сформировавшимся в обществе отношениям.

3. Категория интереса является формой выражения потребности субъектов в предметах материального мира, объектах нематериального значения, определенных общественных отношениях, а также в соблюдении установленных норм и правил поведения и т.д.

4. Интерес как категория является продуктом мыслительного процесса, сознания людей.

5. Целью интереса в конечном счете является получение определенной выгоды, как материальной, так и нематериальной.

6. Интерес имеет свои границы дозволенного, которые определены рамками государственного правопорядка.

Изложенные общие черты характеризуют интерес как сочетание объективных и субъективных признаков, отражающее психологическое отношение человека к окружающей его среде, т.е. материальному миру и общественным отношениям.

В существующей доктрине категория интереса представлена различными взглядами, в зависимости от того, в какой области человеческой деятельности применяется рассматриваемая категория.

Психологи, например, считают, что потребности личности определяются интересами общества с определенной социальной средой. Данная точка зрения в большей степени основана на соотношении и связи объективного признака интереса с субъективным признаком, в котором объективный признак превалирует. То есть наличие субъективного интереса индивида обусловливается существующей в обществе совокупностью интересов, основанных на установленных социальных отношениях общества, в котором находится данный индивид.

В принципе, в изложенной концепции наличие субъективного интереса не отрицается, а напротив, данный интерес предусматривается, причем в форме различных потребностей индивида, которые должны сочетаться с общественными, социальными интересами в целом. Как нам представляется, можно подчеркнуть, что стержнем данного суждения является тезис о социальной справедливости, правопорядке и перераспределении интересов с учетом потребностей большинства, т.е. с учетом общности интересов.

В свое время Ф. Энгельс подчеркивал, что отсутствие общности интересов приводит к классовому антагонизму, придавая интересу в некотором роде политическую окраску. Другой философ XIX в. - Г.В.Ф. Гегель отмечал, что только государство с гражданским обществом обеспечивает и защищает собственность и личную свободу, тем самым признавая интерес единоличных людей, так как именно с этой целью, как полагает автор, соединяются люди в гражданское обществ. Кроме всего прочего, в мыслях Гегеля просматривается также взаимосвязь между субъективными интересами граждан и интересами общества в целом, так как систему общественных интересов составляют субъективные интересы каждого индивида.

Точка зрения Гегеля вполне сочетается, на наш взгляд, с экономическими, политическими и правовыми системами и институтами гражданского общества, которые призваны обеспечивать удовлетворение экономических, социальных и политических потребностей граждан, направленных на приобретение и защиту собственности и свободы.

В качестве реального и действенного государственного механизма, способного удовлетворить общество в целом и каждого индивида в частности вышеуказанными интересами, может быть установленный в гражданском обществе правопорядок, систему которого составляют нормы права и исторически сложившиеся обычаи поведения, признанные и одобренные обществом в целом. То есть реализация интересов должна происходить в определенных, заранее установленных рамках дозволенного как для общества и государства в целом, так и для каждого индивида в отдельности путем справедливого перераспределения экономических, социальных и политических интересов между гражданами, составляющими общество в целом.

Интерес к чему-либо возникает не сам по себе, не инстинктивно, а подсознательно, с помощью мыслительного процесса. Для этого должен возникнуть некий рецептор - побуждающий фактор к появлению осознания того, что индивидум в чем-то заинтересован, т.е. у него возникла потребность в чем-либо. Потребности бывают разные, они обусловлены жизненными обстоятельствами, которые порой не зависят от воли людей, но побуждают их к мыслительному процессу, а затем к совершению определенных действий.

Например, для того, чтобы обеспечить организму возможность постоянно выполнять необходимый комплекс физиологических функций, обеспечивающих жизнедеятельность человека, последний должен получать питание, носить одежду, находиться в помещении или жилище. Это одни интересы, так называемые материальные. Для того, чтобы обеспечить себя указанными материальными благами, человек должен обладать определенными навыками, умениями, иметь знания, профессию. С этой целью индивидуум должен учиться, работать, читать книги, общаться с другими людьми, следить за своим поведением и т.п. Это несколько иные интересы, связанные с нематериальными потребностями. У человека могут быть также интересы, связанные с познанием мира, науки, литературы, искусства - это тоже относится к нематериальным интересам.

Некоторые интересы обладают признаком постоянства, т.е. всегда находятся в сознании людей и не покидают их (имеются в виду интересы к питанию, одежде, жилищу, забота о здоровье и т.п.), а некоторые интересы являются временными, они внезапно появляются в сознании людей на определенный период времени. Временные интересы появляются, как правило, по мере необходимости, для удовлетворения тех потребностей, которые в конечном счете призваны сохранять постоянные интересы. То есть временные интересы, появляющиеся в сознании людей, служат средством для сохранения и удовлетворения постоянных интересов.

В частности, человек желает учиться, проявляя при этом интерес к учебе на всех этапах обучения, чтобы в будущем получить профессию. Приобретя профессию, человек проявляет интерес в ее реализации, занимаясь профессиональным трудом. Понуждает его к труду необходимость зарабатывать деньги для того, чтобы обеспечить свою жизнедеятельность. Заработав деньги, человек реализует их с целью удовлетворения своих постоянных потребностей в пище, одежде и жилище.

Так вот, все перечисленные интересы к учебе, профессии и работе являются временными по отношению к интересам к пище, одежде и жилищу, так как в последних человек нуждается постоянно. Потребности к временному интересу могут быть реализованы через действия и поступки людей, а могут оставаться в их сознании, так и не реализовавшись.

Иногда временные интересы появляются в сознании людей для последующей реализации, т.е. в будущем, в зависимости от обстоятельств жизни. Это так называемые резервные интересы, подлежащие реализации только при наступлении определенных жизненных обстоятельств. Если предполагаемые обстоятельства не наступают, то, соответственно, не будет реализован и задуманный интерес, удовлетворяющий как материальные, так и нематериальные потребности.

Материальный интерес подлежит реализации по мере возникновения потребностей в каких-либо предметах материального мира. Нематериальные потребности подлежат реализации в зависимости от ситуации и психологического восприятия индивидом окружающей среды и обстановки, которая может поменяться в любое время и в любую сторону, вне зависимости от воли и сознания этого индивида. Следовательно, нематериальный интерес, равно как и материальный можно поменять, изменить или вообще отказаться от него.

Интерес может быть правильно понят, утверждал В.П. Грибанов, исследуя происхождение интереса, лишь в связи с выяснением характера взаимосвязи поведения людей, групп лиц, классов или всего общества с материальными условиями их существования и иными факторами общественной жизни. Характер этой взаимосвязи таков, что материальные и иные условия жизни общества связаны с поведением людей через посредство сознания, преобразовываясь в нем в факторы побуждения их воли. Другими словами, условия общественной жизни порождают определенные, соответствующие этим условиям потребности. Эти потребности, проходя через сознание людей, принимают ту или иную форму сознательных побуждений, определяющих целенаправленность и волевой характер их деятельности. Это относится не только к отдельным людям, но в равной мере характерно и для классов и всего общества .

Характер сознательной и волевой деятельности людей, направленной на извлечение необходимых материальных выгод, о которых упомянул В.П. Грибанов, должен соответствовать определенным правилам поведения, прописанным в нормах права. Для права, отмечал Ю.С. Гамбаров, гораздо важнее юридические действия, так как все права служат защите интересов, которыми озабочены прежде всего их непосредственные носители. В качестве носителей интересов следует рассматривать определенных субъектов. Субъектами интересов могут быть не только отдельно взятые индивиды, но, как упоминалось выше, общество в целом, социальные слои населения, классы и группы людей. Интерес каждого из указанных субъектов является субъективным интересом, отражающим их отношение к предметам и объектам материального мира.

То, на что направлен субъективный интерес, подлежит рассмотрению как обратная сторона этого интереса, которую условно можно назвать объективным интересом. Поэтому объективный интерес в принципе является отражением субъективного интереса, но с иными признаками, характеристиками и источниками возникновения.

Объективный и субъективный признаки категории интереса - самые важные его признаки, определяющие факт существования интереса как такового.

Соотношение объективного признака категории интереса с его субъективным признаком имеет различное понимание в доктрине, так как данный вопрос всегда был предметом дискуссии. Ученые и исследователи категории интереса по-разному характеризуют эту категорию. Одни полагают, что категория интереса является объективной категорией, другие, напротив, считают ее исключительно субъективной, третьи утверждают, что категория интереса включает в себя оба признака одновременно, при определенном и разумном соотношении между собой.

В частности, Г.Е. Глезерман, Г.В. Мальцев, Р.Е. Гукасян, С.В. Михайлов рассматривают интерес как объективную категорию, полагая, что он определяется жизненными условиями, окружающими субъекта.

Потребности субъекта определяются общественными отношениями, так как интерес, вызванный к жизни общественными причинами, удовлетворяется через общественные отношения. Данные взгляды свидетельствуют о том, что сторонники объективного интереса отстаивают концепцию зависимости субъективного интереса от внешних факторов, способствующих воздействию, влиянию и реализации субъективного интереса. В качестве данных факторов сторонники этой концепции рассматривают наличие законных способов защиты субъективных интересов (Р.Е. Гукасян), наличие в обществе определенных социальных отношений, способствующих реализации субъективного интереса (Г.Е. Глезерман), соответствие субъективных интересов общественным интересам на основе установившихся в обществе определенных общественных отношений - концепция Г.В. Мальцева.

Завершает концепцию объективного интереса современный исследователь категории интереса в российском гражданском праве С.В. Михайлов, полагающий, что интерес - это объективная категория, по форме представляющая собой общественное отношение. Содержанием этого отношения является потребность, имеющая социальный характер (значение). Что, собственно, и делает его интересом.

В принципе, сторонники объективного интереса в своей концепции не отрицают наличие субъективного интереса, они всего лишь обусловливают его объективным интересом. Для сторонников объективного интереса основополагающим началом для возникновения категории интереса является наличие внешней среды - объекта внимания субъектов.

В действительности внешняя среда воздействует на сознание людей, а в последующем воплощается в определенную волю для реализации тех или иных потребностей. Соответственно, отсутствие внешней среды не порождает и не может вызвать субъективный интерес, так как отсутствует объект внимания.

Тем не менее окружающая субъектов внешняя среда, в том числе материальная, - это всего лишь объект для восприятия, а в последующем - для потребления, через сознание и волю, по мере необходимости каждого индивида.

По поводу потребления предметов материального мира субъекты устанавливают между собой определенные отношения, именуемые социальными, общественными отношениями, учитывающие интересы не только частного субъекта, но и общества в целом, т.е. совокупность интересов. Подобная совокупность интересов создает в итоге объективный общественно-социальный интерес, регулируемый нормами права. Именно эти два обстоятельства внешнего фактора - окружающая среда материального мира и общественные отношения по поводу распределения предметов материального мира, стали для сторонников объективного интереса предпосылкой, позволяющей сделать вывод, что интерес является объективной категорией.

Сторонники теории субъективного интереса придерживаются другого мнения, полагая, что категория интереса является исключительно субъективной, возникающей только в сознании людей и реализуемой по их воле. К представителям этой теории относятся Ю.С. Гамбаров, Е.В. Пасек, В.И. Синайский, которые полагают, что категория интереса является следствием восприятия предметов и объектов материального мира с помощью мыслительного процесса индивидуума через осознание в потребности этих предметов.

Поэтому сторонники теории субъективного интереса, в отличие от своих оппонентов, в первую очередь выдвигают значимость субъективного интереса, а во вторую - внешние обстоятельства, в том числе общественные отношения, регулируемые определенным правопорядком, способствующие реализации субъективного интереса. Другими словами, субъективный интерес первичен, а общественные отношения, регулируемые нормами права, вторичны.

"Всякое субъективное право, - отмечал Ю.С. Гамбаров, - все равно, будем ли мы понимать его как известное содержание воли или как интерес, защищенный объективным правопорядком, предполагает, уже в силу своего понятия (per definitionem), какого-либо носителя, или субъекта заключенного в нем содержания или интереса. И этим носителем, или субъектом, при сколько-нибудь развитом состоянии права не может быть никто, кроме человеческой личности: она одна имеет интересы и волю, защищаемые правом". Указывая на то, что интерес должен иметь какого-либо носителя, или субъекта, имея в виду при этом только человеческую личность, Ю.С. Гамбаров тем самым исключил абстрактность интереса, отрицая при этом также его объективность, полагая, очевидно, что последнее является элементом неопределенности. С данной точкой зрения можно согласиться, так как интерес - это сознательно-волевое состояние конкретного субъекта, которое подлежит реализации, защите, отстаиванию по воле этого субъекта. То есть интерес - это то, что должно принадлежать кому-либо, а именно определенному лицу, которое своей правоспособностью и волевым изъявлением способно реализовать интерес.

В объективном смысле интерес никому не принадлежит, так как он существует абстрактно до тех пор, пока кто-то его не примет на свой счет и не обратит в свою пользу. То есть в объективном смысле интерес - это возможность реализации субъективного интереса или субъективного права на интерес. Субъективное право - это возможность установления связи между конкретным лицом - субъектом и его волей, что позволяет реализовать определенный интерес.

В.И. Синайский полагал, что связь между правом и субъектом допускает защиту благ или интересов лица помимо его воли как субъекта права. Именно субъективное право есть власть лица (в этом существо субъективного права), направленная на удовлетворение признанного интереса (в этом его содержание). Признанным интересом для определенного субъекта является потребность этого субъекта в каком-либо материальном или нематериальном благе.

Е.В. Пассек полагал, что в основании категории интереса лежит элемент чисто субъективный. Значение, придаваемое лицом обладанию чем бы то ни было, зависит, строго говоря, в каждом данном случае исключительно от индивидуальных вкусов и наклонностей лица, так как обладание любым благом (как материальным, так и отвлеченным) ценится каждым постольку, поскольку это последнее удовлетворяет субъективным потребностям обладателя. Естественным мерилом ценности должно было бы, таким образом, служить субъективное чувство управомоченного.

В действительности для категории интереса признак субъективности имеет решающее значение, так как носителем интереса и его потребителем, как отмечал Ю.С. Гамбаров, может быть только определенная личность, т.е. субъект. Однако реализовать свой субъективный интерес личность сможет, лишь обладая возможностью и правом на данную реализацию. Право - это элемент общественных отношений или, другими словами, определенный институт в общественных отношениях. Субъективное право есть право одного лица - субъекта. Но гражданское общество, которое предоставляет возможность реализовать субъективное право, состоит из множества подобных субъективных прав или интересов, что в совокупности составляет общегражданский интерес. Субъективный интерес должен сочетаться с общими интересами общества, которые можно назвать объективным интересом.

О.С. Иоффе полагал, что личные интересы, к удовлетворению которых приводит реализация субъективных прав, находятся в гармоничном сочетании и единстве с общественными интересами и получают юридическую защиту лишь постольку, поскольку совпадают с интересами государства или не противоречат им. Общественные интересы, о которых упомянул О.С.Иоффе, в данном случае подлежат рассмотрению как некий объективный интерес, без учета которого невозможно реализовать субъективный интерес. Эти два интереса требуют всего лишь разумного и гармоничного сочетания, очерченного правовыми рамками.

Рассматривать категорию интереса исключительно как субъективную категорию, не зависящую от объективного признака, и, напротив, рассматривать ее только как объективную категорию, есть утопия и правовой нигилизм. Истина в том, что частное - это всего лишь элемент общего, единого целого, равно как и субъективное является элементом объективного. Соответственно, объективный интерес не может существовать без множества субъективных интересов. Как можно реализовать субъективный интерес частного торговца-продавца, без учета потребительских интересов абсолютного большинства потребителей товара, которым торгует этот продавец? Никак, так как интересы потребителей - это и есть те объективные интересы, которые должен учитывать продавец, реализуя свой субъективный интерес, также являющийся потребительским.

Изложенное обстоятельство вполне уместно дополнить мыслями русского цивилиста В.П. Грибанова, который полагал, что понимание интереса как известного сочетания объективного и субъективного моментов имеет важное практическое значение. Ибо интерес, отмечает далее В.П. Грибанов, может быть правильно понят лишь в связи с выяснением характера взаимосвязи поведения людей, групп лиц, классов или всего общества с материальными условиями их существования и иными факторами общественной жизни.

Развивая суждения В.П. Грибанова, Ф.О. Богатырев отмечает, что наличие у субъекта интереса означает, что данный субъект придает определенное значение объекту интереса. Объекты интереса должны быть признаны благами, поскольку им придается определенное значение со стороны субъекта. Именно поэтому Ф.О. Богатырев резюмирует, что интерес - это "сквозная" категория, так как юридически значимый интерес либо покрывается субъективным правом, либо выступает в форме охраняемого законом интереса.

Придерживаясь концепции сторонников объективного интереса, С.В. Михайлов вместе с тем в своих рассуждениях одновременно рассматривает возможность сочетания объективного и субъективного признаков категории интереса, отмечая, что процесс реализации интереса, в отличие от самого интереса, является объективно-субъективной категорией, которую невозможно рассматривать по отдельности, в отрыве субъективной части от объективной. Это обусловлено тем, что обе эти части постоянно взаимодействуют и влияют друг на друга.

Попробуем разобраться в рассуждениях С.В. Михайлова, который предлагает новый взгляд на сочетание объективного и субъективного признаков интереса. Данное сочетание автор видит не в самом интересе, а в процедуре реализации интереса. Очевидно, что С.В. Михайлов интерес как категорию рассматривает исключительно в объективном смысле, в котором отсутствует субъективный признак, так как, судя по его рассуждениям, субъективный признак возникает или появляется в процессе реализации объективного интереса, т.е. когда субъект осознанно воспримет тот или иной объект внимания. И только после восприятия этого объекта субъект волевыми действиями реализует свой субъективный интерес. Подобная точка зрения есть не что иное как отголосок философского течения о том, что материя, т.е. объективная реальность, первична, а сознание вторично, так как сознание есть продукт отражения материи. И только после возникновения воли к чему-либо сознание воспринимает тот или иной объективный интерес, что называется, судя по взглядам С.В. Михайлова, процессом.

С подобной точкой зрения вряд ли можно согласиться, так как рассмотрение категории интереса только в качестве некого объективного процесса, на наш взгляд, не в полной мере отражает существующее реальное сочетание объективного признака с субъективным, которые в совокупности и составляют категорию интереса.

Интерес - это прежде всего отношение кого-либо, т.е. субъекта, к чему-либо, т.е. к объекту. Данное отношение есть не что иное, как внутреннее психологическое отношение личности к окружающей ее среде с учетом личных потребностей в этой среде, что отражается в ее сознании. Если предметы материального мира или иные социальные блага окажутся ненужными для индивида, в силу отсутствия потребности в них, то не возникнет и осознание того, что к этим предметам следует относиться с определенной заинтересованностью. Соответственно, не проявляется воля к совершению определенных действий и не возникает процесса, о котором упоминает С.В. Михайлов. В этом случае объективный интерес становится нереализуемым, так как интереса в чем-либо ни у кого не возникает. Но даже если представить себе, что индивидуум выразил отношение к чему-либо, т.е. проявил интерес, но при этом отказался выразить волю к реализации этого интереса, то и в этом случае процесс реализации, о котором упоминал С.В. Михайлов, не возникает, так как фактический субъективный интерес отсутствует.

Поэтому сочетание субъективного и объективного признаков категории интереса должно проявляться не на стадии реализации интереса, а на стадии возникновения в сознании субъекта определенного отношения и заинтересованности в том или ином объекте, в том числе к определенным общественным отношениям. В этом, на наш взгляд, и заключается гармоничное соотношение субъективного и объективного в категории интереса. В целях развития данной мысли целесообразнее применить еще одно рассуждение С.В. Михайлова, в котором автор все же приходит к тому, что субъективный фактор категории интереса возникает намного раньше, нежели процесс его реализации. А именно С.В. Михайлов полагает, что интерес есть по форме общественное отношение, имеющее содержанием потребность субъекта, носящую социальный характер и проявляющуюся в сознании и реализации целей.

Интерес как категория в процессе возникновения проходит, как правило, определенные стадии:
- момент возникновения интереса;
- возникновение права на интерес;
- процедура реализации интереса.

Моментом возникновения интереса можно считать появление у субъекта отношения к личным потребностям, сопровождающееся необходимостью совершения определенных правомерных действий для реализации возникшей потребности.

Право на интерес - это совокупность дозволенных действий, предоставляющая управомоченному лицу возможность реализовать эти действия с целью удовлетворения потребности.

Процедура реализации интереса есть совокупность правовых норм, позволяющая субъекту фактически реализовать имеющиеся у него права на интерес посредством вступления в определенные правоотношения на основании закона или договора или отказаться от совершения недозволенного правом поведения, т.е. отказаться от противоправных действий.

В правовой области категория интереса употребляется в двух значениях, а именно в качестве имущественного и неимущественного интереса. При этом в гражданско-правовых отношениях преобладающее значение имеет разновидность имущественного интереса. Объясняется это тем, что гражданско-правовые отношения устанавливаются в основном по поводу приобретения и осуществления имущественных прав.

Следует отметить, что категория интереса, применяемая в гражданско-правовых отношениях, получила определенную законодательную регламентацию в нормах гражданского законодательства, в том числе в положениях Гражданского кодекса РФ. Поскольку ГК РФ является основополагающим гражданским законом, целесообразно рассмотреть правовой режим категории интереса с учетом основных положений ГК РФ. При этом необходимо также отметить, что правовая регламентация категории интереса является одним из признаков объективной стороны данной категории.

В гражданско-правовых отношениях категория интереса является базисной основой для реализации участниками этих отношений своих субъективных гражданских прав. Данный тезис прямо провозглашен в п. 2 ст. 1 ГК РФ, которая определяет, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В данной норме закона, по сути, отражены все указанные выше признаки категории интереса. Прежде всего это субъективный признак, раскрывающийся в словосочетании "свои гражданские права". Как видно, закон говорит о правах, неразрывно связанных с определенным субъектом, ибо значение слова "свои" прямо подразумевает, что речь идет о правах, которые должны приобретаться индивидуально определенным лицом и исключительно для себя. Соответственно, данное лицо, обладая сугубо личными правами, не пожелает их потерять, а напротив, будет законными способами защищать и отстаивать эти права.

Кроме того, закон выделяет признак, раскрывающий потребительские свойства категории интереса, что отражается в словосочетании "осуществляют свои гражданские права в своем интересе". То есть законодатель устанавливает, что, приобретая гражданские права, лицо приобретает их с определенной целью для удовлетворения возникших потребностей в чем-либо. С этой целью у лица в первую очередь возникает необходимость, которая перерастает в потребность. Затем эта потребность прочно закрепляется в его сознании и дальше перерастает в устойчивую заинтересованность и желание приобрести или отстоять эти права.

В-третьих, законодатель совершенно четко определяет объективный признак категории интереса. С одной стороны, законодатель провозглашает свободу воли и действий лица, направленных на удовлетворение им своих субъективных интересов, что проявляется в словосочетании "они свободны в установлении своих прав и обязанностей". С другой же стороны, законодатель устанавливает пределы возможной реализации данной свободы, которые граничат между субъективной волей лица и объективными правилами дозволенных действий. Эти правила гласят о том, что реализовать свои субъективные гражданские права можно только на основе договора, условия которого не должны противоречить законодательству.

Более того, законодатель публично устанавливает ограничения, связанные с приобретением и реализацией интересов, определяя, что гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Данные ограничения следует рассматривать как принцип справедливого сочетания и соотношения субъективных интересов индивидуально-определенного лица с интересами абсолютного большинства других субъектов, или, другими словами, как принцип разумного перераспределения множества субъективных интересов с учетом объективных интересов этих же самых субъектов. Поэтому в целях успешной реализации субъективных интересов участникам гражданско-правовых отношений следует учитывать объективные интересы, т.е. интересы других субъектов в рамках положенного законом предела реализации субъективных прав.

О значимости категории интереса в гражданско-правовых отношениях свидетельствует тот факт, что термин "интерес" употребляется в Гражданском кодексе РФ 96 раз, в том числе в 81 статье. При этом область применения категории интереса в гражданско-правовых отношениях весьма разнообразна. Так, в частности, в одних случаях категория интереса применяется в общих положениях ГК РФ, где она приобретает общеправовое, или, что называется, объективное значение. В других случаях категория интереса применяется в специальных институтах гражданского права, где данная категория приобретает значение субъективного интереса.

Особое значение категория интереса приобрела в страховой отрасли гражданского права. В данной отрасли интерес рассматривается одновременно в двух значениях: в первом - в качестве имущественного интереса, а во втором значении категория интереса рассматривается как субъективная категория в сочетании с объективным правом. Поэтому категория интереса, с учетом совокупности указанных признаков, в доктрине получила самостоятельное обозначение и именуется как страховой интерес.

Словосочетание "страховой интерес", к сожалению, не получило законодательной регламентации, однако в доктрине данное словосочетание применяется повсеместно в качестве обозначения категории интереса в страховых правоотношениях.

В принципе, понятие "страховой интерес" включает в себя сочетание гражданско-правовой сделки, именуемой страхованием, с категорией права на интерес. И целью подобного сочетания является защита имущественных интересов в рамках договора страхования. Таким образом, страхование как сделка предназначено исключительно для защиты имущественных интересов. Соответственно, объектом этой сделки является страхование интересов.

Но что такое страхование интереса? Ведь интерес - это всего лишь словесное обозначение или термин, обозначающий гражданско-правовую категорию. Поэтому, заключая договор страхования, страхователь либо иное заинтересованное лицо страхует не юридический термин - интерес, а определенный предмет или иной объект материального мира. И конечно, прав был И. Степанов, утверждая, что страхование интереса само по себе неудобомыслимо, так как интерес не обладает телесностью и поэтому никакой опасности подвергаться не может. Значит, в основе страхового интереса должна быть заложена материальная заинтересованность, отражающая потребность субъекта в каком-либо предмете или объекте материального мира. Именно эта потребность и составляет основу страхового интереса. Здесь возникает вполне разумный вопрос: в чем же заключается данная потребность - в приобретении предметов материального мира или в их преувеличении, в их сохранении или только во владении, пользовании и распоряжении? Ответом на данный вопрос может быть тезис о том, что страховой интерес охватывает все перечисленные потребности.

Будучи объектом удовлетворения изложенных потребностей, страховой интерес, как было отмечено выше, подлежит реализации через гражданско-правовые отношения, а именно через договор, именуемый страховым. Поэтому страховой договор можно рассматривать в качестве правового инструмента для удовлетворения материальных потребностей лиц, заинтересованных в заключении договора страхования.

Кроме изложенных аргументов, дело еще и в том, что любой гражданско-правовой договор, независимо от предмета его правового регулирования, воплощает в себе волю его участников, направленную на удовлетворение их определенных имущественных потребностей. В этом смысле договор страхования не исключение, а напротив, - это такая же категория сделок, предметом которой является удовлетворение имущественных интересов его участников или, другими словами, их потребностей в определенных предметах материального мира. И конечно, Д.И. Мейер был абсолютно прав в своих мыслях и суждениях, утверждая, что когда мы говорим о гражданских юридических сделках, то предмет сделки должен иметь также имущественный интерес, и настаивая на том, что только юридическое отношение человека к материальному миру составляет содержание гражданского права. Эта мудрая мысль классика российской цивилистики отражает существо имущественного интереса, априори являющегося существенным элементом договора страхования, суть которого проявляется в отношении страхователя или иного заинтересованного лица к имуществу или к иным объектам материального мира.

Договор страхования как предмет гражданско-правовых отношений подразделяется на две, можно сказать, основные системы, а именно на договор имущественного страхования и на договор личного страхования, ибо это прямо следует из положений ст. 927 ГК РФ. Следовательно, если рассматривать сущность страхового интереса как разновидности имущественного интереса, о котором упоминал Д.И. Мейер, то обе названные системы договора страхования - имущественная и личная - должны содержать в себе признаки страхового интереса. Или, другими словами, страховой интерес должен быть объектом как договора имущественного страхования, так и договора личного страхования.

В современном российском правопорядке, регулирующем страховые правоотношения, страховой интерес определяется только двумя дефинициями: "интерес" и "имущественный интерес" - ст. 928, 929, 930, 942, 943, 960, 968, а также ст. 2, 3 Закона о страховом деле. В указанных основополагающих законах, регулирующих страховые отношения, полностью отсутствует упоминание о каком-либо личном интересе или личном страховом интересе. Хотя, как отмечалось выше, институт страхования включает в себя кроме договоров имущественного страхования и договоры личного страхования. Тем не менее категория интереса не получила специального законодательного закрепления применительно к договорам личного страхования. Это обстоятельство породило определенную неясность в правоприменительной страховой практике и, как следствие, массу вопросов, которые послужили предметом доктринального исследования.

Что касается имущественного страхования, вопрос о наличии страхового интереса в договорах имущественного страхования (имеется в виду, в объективном смысле) никогда не поднимался. По данному виду договора страхования в правоприменительной практике возникали и возникают в основном вопросы, касающиеся субъективного признака страхового интереса. Здесь имеется в виду вопрос о наличии или отсутствии у лица, в чью пользу заключен договор имущественного страхования, страхового интереса в принципе, т.е. юридического отношения лица к застрахованному имуществу или имущественному праву. Тем более что законодатель страховой интерес по договору страхования имущества определяет как отношение лица (страхователя или выгодоприобретателя) к передаваемому на страхование имуществу, характеризуя данное отношение как заинтересованность лица, в чью пользу заключен договор страхования, в сохранении застрахованного имущества (п. 1, 2 ст. 930 ГК РФ).

Однако применительно к договорам личного страхования закон не требует обязательного наличия у страхователя или застрахованного лица страхового интереса. Это обстоятельство послужило предпосылкой к появлению в страховой доктрине мнения о том, что в договорах личного страхования отсутствует такой элемент, как страховой интерес. С подобной точкой зрения согласиться нельзя в принципе, и вот по каким причинам.

Вступая в гражданско-правовые отношения и реализуя свои субъективные права, участники этих отношений действуют исключительно с одной целью - удовлетворить свои имущественные потребности. То есть, побуждающим фактором для вступления в гражданско-правовые отношения у субъектов этих отношений является определенный материальный интерес, причем независимо от вида сделок. Если подобная заинтересованность отсутствует, то, соответственно, гражданско-правовые отношения не возникают. Причем данное правило применяется ко всем без исключения гражданско-правовым договорам. Абсолютно права Л.А. Чеговадзе, которая придерживается подобной точки зрения, полагая, что интерес - это потенция права, это заключенный в праве побудительный механизм его реализации. Социальная значимость субъективного права предопределяется тем, удовлетворение какого интереса достигается в процессе реализации приобретенного субъективного права. А так как любое субъективное право имеет направленность на объект, этот объект должен быть обозначен и как предмет интереса.

Отсутствие прямого указания в нормах страхового права на наличие страхового интереса в договорах личного страхования не является основанием для выводов о том, что в личном страховании страховой интерес отсутствует. В данных договорах страхования имеется объект материальной заинтересованности, что и побуждает субъектов заключать договоры личного страхования в своем интересе.

Точка зрения сторонников отсутствия страхового интереса в договорах личного страхования базируется на том, что содержанием страхового интереса является потребность страхователей и иных лиц, заинтересованных в отвращении от себя убытка (имущественного вреда), возникающего вследствие причинения вреда конкретному имуществу или иному имущественному интересу.

В личном страховании у застрахованных лиц иной интерес в страховании, который связан не с убытками, а с потребностью в получении определенной страховой суммы безотносительно того, связано ли это с наступлением каких-либо прямых убытков у застрахованных лиц или нет. То есть в личном страховании происходит страхование лиц и капиталов, а не страхование возможных убытков, что свойственно только имущественному страхованию.

Сторонниками подобной точки зрения являются, в частности, Г.Ф. Шершеневич, К.А. Граве, Л.А. Лунц, А.В. Собакинских и Л.Н. Клоченко.

Г.Ф. Шершеневич полагал, что основное различие между страхованием имущества и страхованием лица состоит в том, что первое строится на наличии убытков, тогда как второе - на их возможности. В первом договоре страховщик платит потому, что имеются убытки от события; во втором - потому, что убытки могли быть. При страховании имущества страховщик отвечает, так как в данном конкретном случае существование убытка бесспорно, при страховании лица страховщик отвечает, так как в подобных случаях убытки вероятны, хотя в данном конкретном случае их не было. При страховании имущества страховщик обязан выполнить свое обязательство, когда ему будут доказаны убытки, при страховании лица страховщик обязан выполнить свои обязательства, хотя бы он мог доказать, что для заинтересованного лица никаких убытков нет. В своих суждениях Г.Ф. Шершеневич строго придерживался того, что страхование служит средством отвращения убытков, что свойственно только имущественному страхованию. Поэтому он совершенно однозначно утверждал, что страховой интерес чужд личному страхованию, поскольку последнее не обосновывается возмещением убытков, требование какой-либо связи между интересами лица, которое приобретает право на получение суммы, и жизнью лица, которое обусловливает обязанность страховщика, должно быть отброшено.

Сторонниками изложенной позиции Г.Ф. Шершеневича, но по иным основаниям, были К.А. Граве и Л.А. Лунц, которые, кроме всего прочего, утверждали, что страховой интерес страхователя (выгодоприобретателя), очевидно, может быть лишь конкретным интересом данного лица. Если в личном страховании страховой интерес остается вне юридического содержания сделки, не входит в ее состав, то интерес этот, очевидно, не может служить "универсальной категорией" страхования. В рассуждениях К.А.Граве и Л.А. Лунца содержится концепция объективного начала страхового интереса, и при этом отрицается его субъективный признак, особенно в личном страховании. Дело в том, что авторы не усматривали в личном страховании существо страховой защиты для конкретного лица. К.А. Граве и Л.А. Лунц, обосновывая свою точку зрения, полагают, что общая экономическая цель личного страхования в отношении всей совокупности страхователей достигается путем установления обязанности страховщика уплатить страховую сумму страхователю (выгодоприобретателю) при наступлении страхового случая безотносительно того, создает ли наступление этого случая какую-либо действительную потребность для страхователя (выгодоприобретателя) в каждом конкретном случае.

Если придерживаться суждений К.А. Граве и Л.А. Лунца, вопрос о страховой защите и о страховании в принципе отпадет сам по себе. Ибо эти авторы не усматривают предмет страховой защиты в личном страховании, утверждая, что страховщик, вне зависимости от потребностей застрахованного лица в личном страховании, обязан выплатить назначенному выгодоприобретателю страховую сумму. Ошибочность данной точки зрения заключается в том, что ее сторонники не учитывают, что предпосылкой для страховой выплаты в конечном счете служит потребность не выгодоприобретателя, назначаемого лишь для получения страховой суммы, а страхователя (застрахованного лица), который заинтересован в том, чтобы страховую выплату получил именно конкретный выгодоприобретатель. Естественно, при наступлении определенных обстоятельств.

Собственно, изложенное обстоятельство и побуждает страхователя своей волей, своими действиями и в интересах определенного лица заключить договор личного страхования. То есть не абстрактно, как полагают К.А. Граве и Л.А. Лунц, а определенно, не объективно, а субъективно.

А.В.Собакинских, полагая, что страховой интерес приобретает юридическое значение только при имущественном страховании, полностью отрицает наличие страхового интереса в личном страховании и указывает, что под страховым интересом понимается тот убыток, который страхователь может понести вследствие наступления страхового случая. Изложенная точка зрения есть не что иное как отголосок в доктрине страхового права тезиса о том, что страховой интерес - это обратная сторона убытка в имущественном страховании, основоположником которой являлся Г.Ф. Шершеневич. По большому счету, данный тезис подлежит рассмотрению в качестве презумпции страхового права, но только применительно к имущественному страхованию, так как именно возможность возникновения случайных убытков у страхователей (выгодоприобретателей) побуждает указанных лиц вступать в страховые правоотношения с целью отвращения от себя данных убытков. В этом, собственно, и заключаются заинтересованность и потребность указанных лиц в страховании.

Однако такая заинтересованность есть форма отражения в сознании людей только одной потребности - отвращения от себя возможных случайных убытков, возникающих вследствие утраты или повреждения имущества, или появления иного имущественного вреда. При этом данная заинтересованность не является исключительной и исключающей другую заинтересованность, которая также возникает в сознании людей, но с целью удовлетворения иных потребностей. Речь идет о заинтересованности лиц в денежных средствах, но не для покрытия случайных убытков, а для иных целей, обусловленных будущими расходами, возникающих вследствие случайных обстоятельств или иных событий. Поэтому категория страхового интереса в процессе его применения нуждается в широком толковании.

Увязывая страховой интерес с потребностью заинтересованных лиц в отвращении от себя вреда (ущерба), Л.Н. Клоченко полагает, что страховой интерес присутствует только в том случае, если существует реальная возможность причинения вреда (ущерба), и только в отношении такого интереса может быть предоставлена страховая защита. В данном суждении прослеживается ограниченное толкование страхового интереса без учета таких потребностей заинтересованных в страховании лиц, как получение страховой суммы в случае дожития застрахованного до бракосочетания, до пенсионного возраста или наступления в жизни застрахованного иного события, которое не связано с причинением ему вреда (ущерба).

В конечном счете, целью реализации любой страховой сделки является удовлетворение потребностей в денежных средствах лиц, заинтересованных в страховании, которые необходимы им для различных целей, в том числе для обеспечения безбедной старости, на лечение и т.д. Все указанные расходы так или иначе связаны с заинтересованностью лиц в наличии реальной возможности осуществления этих расходов независимо от вида страхования, ибо разновидность страхования (имеется в виду имущественное или личное) является всего лишь правовым механизмом удовлетворения интереса. Интерес в данном случае выполняет в некотором роде роль локомотива, ведущего за собой страховую сделку. Но как только интерес отпадает, локомотив останавливается, страховая сделка прекращает движение и, соответственно, дальнейшее существование. Здесь уже не имеет значения, какой вид страхования предполагался, если источник его движения (интерес) перестал существовать. Поэтому интерес - это содержание любой страховой сделки, а разновидность страхования является способом реализации интереса.

Во всяком случае доктрина о наличии интереса в личном страховании получила научное обоснование и дальнейшее развитие среди ряда исследователей страхового дела, среди которых В.И. Синайский, В.И. Серебровский, В.Р. Идельсон, В.П. Крюков, В.К. Райхер, М.Я. Шиминова, М.И. Брагинский, В.А. Рахмилович, К.Е. Турбина, Т.С. Мартьянова, В.С. Белых, И.В. Кривошеев, Ю.Б. Фогельсон, С.В. Михайлов, А.И. Худяков.

В.И. Синайский, например, отмечал, что страховой интерес в личном страховании обусловливается заинтересованностью страхователя в страховании не только своей жизни или здоровья; вполне допустимо страхование чужой жизни или способности к труду (застрахованного лица) в свою пользу. Подобное страхование возможно лишь там, где страхователь имеет особый интерес (например, страхование жизни мужа или его способности к труду). Казалось бы, в данном примере В.И. Синайского речь идет о страховании жизни и здоровья третьих лиц, в результате которого непосредственную пользу должны получить указанные третьи лица, а не страхователь. Однако классик вполне справедливо замечает, что страхование третьих лиц может состояться только при условии наличия интереса у страхователя, называя этот интерес особым интересом, что соответствует правовой природе договоров в пользу третьих лиц. Конечно, жена может быть заинтересована в сохранении жизни и здоровья мужа, так как основу данной заинтересованности составляют общее имущество, взаимное материальное содержание друг друга, взаимная имущественная ответственность в пределах совместной собственности и т.п.

Будучи сторонником взглядов В.И. Синайского, В.Р. Идельсон дополняет его тезисом о том, что всякое лицо, имеющее имущественный интерес в сохранении трудоспособности данного лица (не только родные, но и близкие), при страховании жизни может страховать свой интерес.

Другой представитель классической школы страхового права - В.И. Серебровский, придерживаясь изложенной точки зрения, вполне обоснованно утверждает, что в личном страховании страхуется все тот же имущественный интерес, юридический, субъективный и правомерный - страховой интерес.

Несколько иная, своеобразная позиция на этот счет у В.П. Крюкова, который в принципе не отрицает наличие страхового интереса в личном страховании, но, в отличие от своих предшественников, полагает, что данным интересом может обладать то лицо, которое страхует исключительно собственную жизнь или здоровье, а не третьих лиц. В отношении страхования собственной жизни противоречия быть не может, считает В.П. Крюков, но страховать чужую жизнь произвольно, чтобы извлечь из этого какую-либо материальную выгоду, недопустимо, хотя бы страхователь и был заинтересован в этом больше, чем сам страхуемый. Здесь необходима свободная воля самого страхуемого индивида. Если бы подобный договор был заключен, он все равно юридически считался бы недействительным, ибо никто не может никаким образом извлекать пользу из чужой жизни без согласия ее обладателя, хотя бы подобное действие было сделано в его же пользу. Фактор интереса здесь незаконен потому, что могут быть случаи отвратительной спекуляции человеческой жизнью.

С изложенной позицией В.П. Крюкова сложно согласиться, так как он не учитывает то, что лицо, страхующее чужую жизнь и здоровье, платит за это деньги, не предполагая, что оно или иной третий выгодоприобретатель точно получат страховое возмещение, так как обязательство страховщика по выплате страховой суммы является условным, т.е. зависит от наступления страхового случая, а не от воли участников договора страхования. Поэтому утверждать, что страхователь, страхуя чужую жизнь, при этом спекулирует ею - значит, не учитывать самобытность договора страхования. При этом, конечно, не принимаются во внимание случаи умышленных действий страхователя, направленных на наступление страхового случая с целью получения страховой выплаты. Но это уже не страхование, а противоправные действия со стороны страхователя.

В данном случае наличие страхового интереса у страхователя, который страхует чужую жизнь или здоровье, проявляется уже в том, что он платит деньги за это. Поэтому возникает вполне разумный вопрос: что побуждает лицо платить за чужую жизнь или здоровье? Естественно, определенный интерес. Этот интерес не обязательно должен быть мотивирован личным потреблением страховой услуги, он может исходить из какой-либо иной материальной заинтересованности, ибо суть в том, что страхователь, страхуя чужую жизнь, желает этого, своей волей через активные действия, с целью удовлетворения определенных материальных потребностей.

Кроме того, необходимо учесть, что наличие страхового интереса в личном страховании обусловлено обязательным получением согласия у застрахованного лица на страхование его жизни или здоровья, во всяком случае данное правило предусмотрено ст. 934 ГК РФ. По мнению В.А. Рахмиловича, именно указанное правило, продиктованное законодателем, связывает личное страхование с имущественным интересом.

Исключить страховой интерес из личного страхования - значит исключить материальность личного страхования, т.е. его смысловое содержание, основанное на денежном интересе. А это, как совершенно справедливо заметил М.И. Брагинский, не укладывается в исходное представление не только о страховании, но и об имуществе как таковом.

Такую же точку зрения высказала М.Я. Шиминова, полагая, что личное страхование вызвано к жизни вероятностью наступления ряда событий, способных породить потребность в получении определенных денежных сумм или в дополнительном материальном обеспечении.

В.К. Райхер, будучи приверженцем страхового интереса в личном страховании, с целью обоснования данной доктрины ввел в свое время в обиход понятие "универсальность страхового интереса", полагая, что страховой интерес не ограничен сферой имущественного страхования. Он действует и в личном страховании, ибо в личном страховании страховой интерес сохраняет свое значение как подлинное основание страховой сделки и страхового обязательства. Иначе, если бы этого не было, договор личного страхования утратил бы реальное жизненное содержание, превратился в страховую игру.

Именно данный тезис В.К. Райхера об универсальности страхового интереса впоследствии был вполне удачно применен, но в более широком смысле, Т.С. Мартьяновой при обосновании наличия интереса в личном страховании. Исследовательница указала, что интерес - это категория, объединяющая имущественное и личное страхование и обнаруживающая различие лишь в формах своего проявления.

Заслуживает внимания и точка зрения К.Е. Турбиной, которая вводит новеллу в понятие интереса, применяемого в личном страховании, определяя его как специальный страховой интерес, составляющий часть общего имущественного интереса. Обосновывает данную точку зрения К.Е.Турбина аналогичными изложенным выше аргументами.

Что касается общих имущественных интересов, предполагается совокупность субъективных имущественных интересов независимо от вида потребностей. Специальная потребность, о которой упоминает К.Е. Турбина, - это конкретная целевая потребность в страховой защите, в том числе потребность в личном страховании, проявляющаяся в форме заинтересованности в денежных средствах. Здесь имущественный характер интереса выражает материальные потребности страхователя в определенном уровне своего существования. Эти потребности будут удовлетворяться посредством выплаты ему денежных средств в виде страховой суммы, где эта выплата призвана обеспечить имущественное положение страхователя (застрахованного лица) на определенном уровне. Таким образом, и в данном случае, полагает А.И.Худяков, застрахованный интерес страхователя будет носить имущественный характер.

Когда мы говорим "страхование жизни", то подразумеваем страхование интереса к жизни, когда говорим "страхование имущества"- подразумеваем страхование интереса в сохранении этого имущества. Развивая эту мысль, Ю.Б. Фогельсон считает, что интересы, связанные не со страховыми убытками, а с событиями, причиняющими вред личности, т.е. одному из личных нематериальных благ, страхуются по договору личного страхования, по которому могут быть застрахованы только интересы граждан, состоящие в обеспечении застрахованного лица денежными средствами.

Именно потребностью в денежных средствах характеризуется страховой интерес личного страхования. По большому счету, это та самая имущественная сфера, которая необходима людям, заинтересованным в личном страховании. Действительно, при наступлении несчастного случая, повлекшего за собой травму лица, болезнь или необходимость в обеспечении безбедной старости, нужны денежные средства на лечение или другие жизненные нужды. Поэтому побуждающим фактором для вступления в страховые правоотношения является тот самый имущественный интерес, призванный удовлетворить потребность заинтересованных лиц в денежных средствах.

В ст. 4 Закона о страховом деле данный имущественный интерес обозначается в качестве объекта страхования, который вполне справедливо охарактеризован С.В. Михайловым как объект, имеющий общественный характер потребности в приобретении права на выплату страховой суммы в случаях, предусмотренных ст. 934 ГК РФ. Следовательно, и в личном страховании страховой интерес имеет имущественный признак. Действительно, ничто не мешает признать в качестве объекта личного страхования интерес застрахованного лица, заключающийся в отвращении от себя возможного причинения вреда, полагают В.С. Белых и И.В. Кривошеев, придерживаясь взглядов С.В. Михайлова относительно объекта личного страхования.

Изложенные выше доводы подтверждают доктрину о наличии страхового интереса в личном страховании, характеризуя этот интерес в качестве универсальной категории как имущественного страхования, так и личного, целью которых является удовлетворение имущественных потребностей заинтересованных в страховании лиц.

Кроме всего прочего, это явствует из сути и цели страхования, получивших законодательную регламентацию в ст. 3 Закона о страховом деле, которая устанавливает, что целью организации страхового дела является обеспечение защиты имущественных интересов физических и юридических лиц, которые могут совмещаться в одном договоре страхования в форме комбинированного страхования. Данное обстоятельство - еще одно яркое свидетельство того, что в личном страховании объектом страхования являются имущественные интересы лица.

Имущественный интерес как категория страхования в законодательстве обозначается еще и как объект страхования (ст. 4 Закона о страховом деле). На практике употребляется именно термин "объект страхования". Здесь, собственно, противоречия не прослеживается, за исключением некоторых особенностей в понятийном аппарате. Применительно к личному страхованию под объектом страхования понимается имущественный интерес, связанный с жизнью или здоровьем застрахованного лица, и здесь особых вопросов не возникает.

А вот применительно к имущественному страхованию под объектом страхования понимают несколько имущественных интересов, связанных:

- владением, пользованием и распоряжением имуществом (страхование имущества);

- обязанностью возместить причиненный другим лицам вред (страхование гражданской ответственности);

- осуществлением предпринимательской деятельности (страхование предпринимательских рисков).

Что касается двух последних объектов страхования, в правоприменительной практике не возникает вопросов, связанных с их определением. Однако что касается первого вида объекта страхования (имеется в виду страхование имущества от рисков его утраты и повреждения), на практике и в доктрине встречаются некоторые расхождения в понятии объекта страхования и, соответственно, страхового интереса.

Причиной тому является, во-первых, отсутствие легального определения страхового интереса и, во-вторых, применение законодателем категории интереса для обозначения различных правовых значений страхового правоотношения.

В частности, Закон о страховом деле предусматривает, что:

- страхование есть отношение по защите интересов физических и юридических лиц (п. 1 ст. 2);

- целью организации страхового дела является обеспечение защиты имущественных интересов физических и юридических лиц (п. 1 ст. 3);

- объектами личного и имущественного страхования могут быть имущественные интересы (ст. 4);

- страхование противоправных интересов, а также интересов, которые не являются противоправными, но страхование которых запрещено законом, не допускается (п. 3 ст. 4);

- на территории Российской Федерации страхование (за исключением перестрахования) интересов юридических лиц, а также физических лиц- резидентов Российской Федерации может осуществляться только страховщиками, имеющими лицензию, полученную в установленном законом порядке (п. 5 ст. 4);

- юридические и физические лица для страховой защиты своих имущественных интересов могут создавать общества взаимного страхования (ст. 7);

- страховые брокеры действуют в интересах страхователя (перестрахователя) или страховщика (перестраховщика) (п. 2 ст. 8);

- перестрахование есть деятельность по защите одним страховщиком (перестраховщиком) имущественных интересов другого страховщика (перестрахователя), связанных с принятым последним по договору страхования (основному договору) обязательством по страховой выплате (ст. 13);

- субъекты страхового дела в целях координации своей деятельности, представления и защиты общих интересов своих членов могут образовывать союзы, ассоциации и иные объединения (ст. 14);

- государственный надзор за деятельностью субъектов страхового дела осуществляется в целях соблюдения ими страхового законодательства, предупреждения и пресечения нарушений участниками отношений, регулируемых законом, страхового законодательства, обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей, иных заинтересованных лиц и государства (п. 1 ст. 30).

В нормах Гражданского кодекса РФ, в гл. 48, посвященной договору страхования, категория страхового интереса употребляется в следующих значениях:

- страхование противоправных интересов не допускается (п. 1 ст. 928 ГК РФ);

- по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы) (п. 1 ст. 929 ГК РФ);

- по договору имущественного страхования могут быть застрахованы имущественные интересы (п. 2 ст. 929 ГК РФ);

- имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества; договор страхования имущества, заключенный при отсутствии у страхователя или выгодоприобретателя интереса в сохранении застрахованного имущества, недействителен (п. 1, 2 ст. 930 ГК РФ);

- при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования (п. 1 ст. 942 ГК РФ);

- страхователь (выгодоприобретатель) вправе ссылаться в защиту своих интересов на правила страхования соответствующего вида;

- при переходе прав на застрахованное имущество от лица, в интересах которого был заключен договор страхования, к другому лицу права и обязанности по этому договору переходят к лицу, к которому перешли права на имущество (ст. 960 ГК РФ);

- страхование обществами взаимного страхования имущества и имущественных интересов своих членов осуществляется непосредственно на основании членства, если учредительными документами общества не предусмотрено заключение в этих случаях договоров страхования (ст. 968 ГК РФ);

- в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий (ст. 969 ГК РФ).

Вышеизложенные случаи применения законодателем в страховых правоотношениях категории интереса свидетельствуют о многозначности данной категории.

Прежде всего следует выделить объективный признак, который характеризует внешнюю сторону страхового интереса, т.е. условия, способствующие реализации страхового интереса. Назовем признаки категории интереса:

- отношения по защите интересов (п. 1 ст. 2 Закона о страховом деле);

- обеспечение защиты интересов (п. 1 ст. 3 Закона о страховом деле);

- объекты страхования - это имущественные интересы (ст. 4 Закона о страховом деле);

- деятельность по защите одним страховщиком (перестраховщиком) имущественных интересов другого страховщика (перестрахователя) (ст. 13 Закона о страховом деле);

- субъекты страхового дела в целях координации своей деятельности, представления и защиты общих интересов своих членов могут образовывать союзы, ассоциации и иные объединения (ст. 14 Закона о страховом деле);

- при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования (п. 1 ст. 942 ГК РФ);

- обеспечение социальных интересов граждан и интересов государства (ст. 969 ГК РФ).

Кроме объективных признаков категории интереса, нормы права содержат и субъективные признаки, а именно:

- юридические и физические лица для страховой защиты своих имущественных интересов могут создавать общества взаимного страхования (ст. 7 Закона о страховом деле);

- страховые брокеры действуют в интересах страхователя (перестрахователя) или страховщика (перестраховщика) (п. 2 ст. 8 Закона о страховом деле);

- законодателем определен перечень страхуемых интересов, (п. 2 ст. 929 ГК РФ);

- имущество может быть застраховано в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества (п. 1 ст. 930 ГК РФ);

- страхователь (выгодоприобретатель) вправе ссылаться в защиту своих интересов на правила страхования соответствующего вида (п. 4 ст. 943 ГК РФ);

- переход прав на застрахованное имущество от лица, в интересах которого был заключен договор страхования (ст. 960 ГК РФ);

- страхование обществами взаимного страхования имущества и имущественных интересов своих членов (ст. 968 ГК РФ).

Категория страхового интереса характеризуется еще и признаком правомерности, который обозначен в нормах права в следующих значениях:

- запрет страхования противоправных интересов (п. 3 ст. 4 Закона о страховом деле);

- государственный надзор за деятельностью субъектов страхового дела в целях обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей, иных заинтересованных лиц и государства (п. 1 ст. 30 Закона о страховом деле);

- договор страхования имущества, заключенный при отсутствии у страхователя или выгодоприобретателя интереса в сохранении застрахованного имущества, недействителен (п. 2 ст. 930 ГК РФ).

В нормах права обозначен еще один признак страхового интереса, характеризующий его экономическую сторону, с точки зрения убыточности или вредоносности страхового случая, - возмещение убытков в застрахованном имуществе либо убытков в связи с иными имущественными интересами (п. 1 ст. 929 ГК РФ).

Выше отмечалось, что в законодательстве отсутствует легальное определение категории страхового интереса. Тем не менее данный пробел вполне можно восполнить совокупностью указанных признаков, учитывая, что они определены законодателем.

Устанавливая в некотором роде тождество между понятием объекта страхования и имущественным интересом, законодатель упрощает процедуру применения в страховой практике категории интереса. Однако в одном случае данное тождество подвергается некоторому сомнению, так как законодатель в качестве объекта страхования рассматривает не только имущественный интерес, но и определенное имущество. То есть либо имущественный интерес, либо определенное имущество. Речь идет о правилах ст. 942 ГК РФ, определяющей существенные условия договора страхования (имеется в виду условие по объекту страхуемых интересов).

Таким образом, при определении объекта имущественного страхования законодатель предлагает альтернативный вариант, а именно либо определенное имущество, либо имущественный интерес. Данное положение закона создает на практике некоторую неопределенность, а подчас и путаницу при определении объекта страхования. Если попытаться разобраться в смысловом содержании изложенного правила, можно предложить следующий вариант его применения.

Учитывая, что п. 2 ст. 929 ГК РФ предусматривает три разновидности договоров имущественного страхования - страхование имущества, страхование гражданской ответственности и страхование предпринимательского риска, вполне возможно, что законодатель для страхования имущества в качестве объекта страхования установил определенное имущество, а для двух других видов страхования в качестве объекта страхования установлен определенный имущественный интерес. Как известно, правила ст. 942 ГК РФ подобное разделение объекта страхования по видам страхования не предусматривают, поэтому имущество и интерес как разновидности объекта имущественного страхования должны применяться ко всем трем видам имущественного страхования. В таком случае возникает необходимость в установлении оптимального сочетания между тремя разновидностями и предложенными законодателем двумя объектами имущественного страхования.

В частности, при заключении договоров страхования гражданской ответственности и предпринимательского риска отпадает необходимость в согласовании определенного имущества, так как объектами данных видов страхования является не имущество, а риск наступления гражданской ответственности и риск неполучения доходов. Поэтому по данным видам страхования в качестве объекта страхования подлежит применению определенный имущественный интерес, а не имущество.

Относительно договора страхования имущества (ст. 930 ГК РФ) законодатель предоставляет возможность для сочетания имущества и имущественного интереса, определив, что объектом страхования может быть не только имущественный интерес, но и имущество, обозначенное в договоре страхования. Таким образом, если учесть, что предметом страхования является имущество, которое должно быть обозначено в договоре, в качестве объекта страхования следует обозначить определенный имущественный интерес, как того требует правило, установленное ст. 930 ГК РФ. Кроме всего прочего, это явствует из положений п. 1 ст. 929 ГК РФ, в которой определено, что по договору страхования возмещаются не только убытки в застрахованном имуществе, но и убытки в связи с иными имущественными интересами.

Тем не менее предложенная конструкция не устраняет обозначенную выше неопределенность в вопросе о том, что же все-таки является объектом страхования по имущественным видам страхования- имущество или имущественный интерес.

Следует отметить, что данная неопределенность существовала издавна и всегда была предметом дискуссии не только в страховой практике, но и в доктрине. Тем более что законодатель не проводит четкого разграничения между понятиями имущества и имущественного интереса, которые могли бы рассматриваться в качестве самостоятельных объектов имущественного страхования.

Обозначенная неопределенность в объекте имущественного страхования способствует появлению на практике вольного и несистематического толкования понятия объекта страхования, в котором, на наш взгляд, необходима абсолютная точность.

Тем не менее существующая страховая доктрина, а также страховое гражданское законодательство позволяют сделать вывод о том, что объектом имущественного страхования является все же не имущество, а имущественный интерес. Предпосылкой для данного суждения послужили следующие обстоятельства.

Разберем понятие объекта в гражданском праве, в том числе в страховых правоотношениях.

М.М. Агарков полагал, что во избежание путаницы следует рационализировать терминологию и считать объектом права то, на что направлено поведение обязанного лица, прежде всего вещь, так как вещь мы можем противопоставить в качестве объекта субъектам правоотношения потому, что на нее должно быть направлено поведение обязанного лица (действие или воздержание от действия). Это показывает, что терминологически правильнее было бы говорить не об объектах права, а об объектах правоотношения. Точка зрения М.М. Агаркова основана на доктрине об объективности правоотношений, которая характерна для любой гражданско-правовой сделки. При этом автор отрицает наличие субъективного начала в правоотношениях. Справедливости ради следует отметить, что без субъективного признака, или, другими словами, без субъективного начала вряд ли можно говорить о полноценном содержании гражданско-правовой сделки.

Более рациональным, на наш взгляд, является мнение В.А.Рясенцева, который, в принципе не отрицая объект внимания участников гражданско-правовой сделки (вещь, деньги и т.п.), вместе с тем полагает, что только имущественный интерес имеет своим объектом право на материальную ценность (вещи, деньги), а потому может быть выражен с той или иной степенью точности в деньгах или сведен к вещи, обладающей определенной стоимостью. Предложенное В.А. Рясенцевым соотношение материальной ценности, которую М.М. Агарков определяет в качестве объекта правоотношения, с имущественным интересом следует рассматривать как сочетание объективного признака с субъективном признаком, что в совокупности составляет полное содержание любой гражданско-правовой сделки, так как в основе имущественного интереса, о котором упомянул В.А. Рясенцев, заложены в большей степени субъективные начала.

В процессе исследования гражданского оборота и гражданских правоотношений, в том числе с учетом Закона XII таблиц и работ римских юристов - Гая, Феста, Ульпиана, Павла, Варрона, Макробия и др., С.А. Муромцев рассматривал объективное начало в праве в качестве гражданских правоотношений, которые возникают волею субъектов и проявляются через их действия; ученый полагал, что каждый акт субъекта, с которым соединяется установление или прекращение права, есть юридическое действие. Совокупность всех юридических действий, которые совершаются субъектами в данном гражданском обществе и в пределах гражданско-правового порядка, составляет гражданский оборот. Другими словами, гражданский оборот есть совокупность всех актов распоряжения. Это еще одна заслуживающая внимания точка зрения, которая раскрывает, в сущности, третий признак объекта гражданских правоотношений, характеризующийся действиями субъектов права с целью установления, исполнения и прекращения прав и обязанностей. Можно отметить, что воззрения С.А. Муромцева также нашли воплощение в ныне действующем ГК РФ, а именно в ст. 8, определяющей основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

Что касается объекта гражданских прав, о котором упоминал М.М.Агарков, данная категория права также определена законом, а именно ст. 128 ГК РФ, которая устанавливает, что к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, работы и услуги, информация и т.д.

Указанное многообразие признаков, характеризующих категорию объекта права как элемент гражданско-правовой сделки, позволяет применять данную категорию в различных институтах гражданского права, в зависимости от предмета правового регулирования. В частности, если предметом договора является обязательство, связанное с отчуждением, передачей или иным распоряжением вещью, имуществом или иными имущественными правами, то в качестве объекта договора здесь, безусловно, подлежат рассмотрению предметы материального мира или имущественные права, поименованные в ст. 128 ГК РФ.

В абз. 2 п. 1 ст. 432 ГК РФ определено, что существенными условиями любого гражданско-правового договора являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида. Комментируя данную норму закона, в том числе применительно к договору страхования, Е.А.Суханов отмечает, что при отсутствии четких указаний в договоре на его предмет исполнение по нему становится невозможным, а договор, по сути, теряет смысл и потому должен считаться незаключенным. В ряде случаев закон сам называет те или иные условия договора в качестве существенных. Например, в ст. 942 ГК РФ прямо указаны существенные условия договора страхования. Рассуждения Е.А. Суханова наталкивают на мысль о необходимости проведения различия между предметом договора страхования и предметом страхования. Именно данное разграничение позволит прояснить ситуацию, связанную с определением объекта договора страхования.

На наш взгляд, Е.А. Суханов рассуждает о том, что обозначенные законом существенные условия договора страхования [имеется в виду имущество или имущественный интерес (ст. 942 ГК РФ)] есть не что иное, как предмет страхования, а не предмет договора страхования, так как предметом договора страхования является совокупность прав и обязанностей его участников, предусмотренных законом или договором.

В действительности в ст. 929 ГК РФ предмет договора страхования обозначен как двусторонне-обязывающая сделка, по условиям которой должник - страховщик обязан возместить страхователю - кредитору за вознаграждение убыток, возникший в застрахованном имуществе либо ином имущественном интересе вследствие наступления предусмотренного договором страхования события. То есть страхователь обязан уплатить страховую премию, а страховщик - выплатить страховое возмещение при наступлении предусмотренных договором обстоятельств, не зависящих от воли сторон. Здесь очевидно, что имущество или имущественный интерес никак не может рассматриваться как предмет договора страхования. Имущество, скорее всего, является предметом страхования, а не предметом договора страхования.

Но если имущество вполне может быть признано в качестве предмета страхования, так как оно материально, то имущественный интерес сложно воспринять в качестве такового, ибо интерес - это продукт сознания, а не предмет материи. Именно поэтому для обозначения понятия имущественного интереса в гражданско-правовом смысле законодатель предложил применять такую категорию, как объект страхования, которую нельзя использовать в качестве синонима предмета страхования или предмета договора страхования.

Причем указанные категории подлежат обязательному применению в договорах страхования, во всяком случае при страховании риска утраты или повреждения имущества. При этом их необходимо сочетать друг с другом таким образом, чтобы каждая из названных категорий не утратила свое специальное правовое значение.

Принимая во внимание изложенное, можно резюмировать, что в договорах страхования подлежат применению следующие категории страхового права:

- предмет договора страхования - категория, определяющая существо двусторонне-обязывающей сделки;

- предмет страхования - категория, подлежащая применению только в договорах страхования имущества для обозначения имущества (вещи), подлежащего страхованию от рисков утраты или повреждения;

- объект страхования - категория, обозначающая то, на что направлена воля страхователя или иного заинтересованного лица, а именно защита имущественного интереса от случайного убытка или вреда.

Следует отметить, что подобное распределение указанных категорий, применяемых в страховании, не получило легальной регламентации, равно как и в доктрине на этот счет нет однозначной точки зрения и единой позиции. Тем не менее большинство исследователей рассматриваемой проблемы считают, что названные категории, в том числе объект страхования, подлежат применению в предложенном варианте.

Г.Ф. Шершеневич, например, имущество, подлежащее страхованию, рассматривал не в качестве объекта страхования, как это предусмотрено в ныне действующем Гражданском кодексе (п. 1 ст. 942), а в качестве предмета страхования. Так, в частности, этот автор отмечал, что в договоре должен быть точно обозначен предмет страхования. Застрахованным является имущество, находящееся под угрозой убытков вследствие гибели или повреждения вещей, которые принадлежат страхователю на вещном праве, или за которые он отвечает, или, наконец, вследствие неисполнения должника. Вещь или право требования, через которые может потерпеть убытки имущество, и составляет предмет страхования. Договор не может считаться совершенным, пока не состоялось соглашение относительно предмета, за гибель или повреждение которого страховщик обязывается платить. В рассуждениях Г.Ф. Шершеневича прослеживается два вывода: во-первых, автор считает, что имущество, а не интерес является существенным условием договора страхования, во-вторых, что имущество выступает в качестве предмета, а не объекта страхования, при этом исключается возможность применения в страховании категории объекта страхования. В принципе, если учесть, что для Г.Ф. Шершеневича имущество, а не интерес является существенным условием договора страхования, отпадает надобность в применении в страховом праве категории объекта страхования.

Точки зрения Г.Ф. Шершеневича придерживался В.К. Райхер, полагавший, что предмет страхования сводится не к отношению, выражающему возможность убытка, и не к абстрактному имущественному благу (противопоставляемому вещам), а к самой конкретной вещи. По мнению автора, реализм здравого смысла готов восторжествовать над туманным признаком интереса как предмета страхования. Сравнивая интерес с "туманным признаком", В.К. Райхер, по сути, не отрицает наличие интереса в страховании, он всего лишь относит категорию интереса к второстепенному признаку, тем самым констатируя, что страхование может быть осуществлено и без интереса- того самого субъективного интереса, который побуждает у субъектов потребность в страховании. Для В.К. Райхера имущество (вещь) является главным элементом договора страхования имущества.

Единственное, на наш взгляд, в чем можно согласиться в данном случае, это с тем, что автор сопоставляет имущество с предметом страхования, что, в принципе, соответствует правовой сущности категории предмета в страховом праве.

В.И. Серебровский, будучи сторонником иной точки зрения, напротив, утверждал, что не имущество, а интерес является предметом страхования. При этом он отмечал, что, когда страховщик заключает со страхователем договор, он не принимает на себя обязательство восстановить ту или иную вещь, пострадавшую от наступления страхового случая. Он принимает на себя обязательство возместить те убытки, которые будут причинены имуществу страхователя. Отсюда следует, что страхуется не та или иная материальная вещь, а все то, с чем у страхователя связан имущественный интерес. Другими словами, предметом страхования является имущественный интерес страхователя в целости страхуемого имущества, если понимать под имуществом весь комплекс имущественных прав и обязанностей страхователя, и при том интерес, оцениваемый в деньгах, денежный интерес.

Конечно, В.И. Серебровский прав в том, что целью страхования является не восстановление той или иной вещи, а возмещение возникшего у страхователя убытка денежными средствами, ибо экономическая основа страховой деятельности - формирование и дальнейшее перераспределение между страхователями сформированного денежного фонда, а не услуга по осуществлению ремонтно-восстановительных работ утраченного или поврежденного имущества (вещи). И здесь вполне уместно процитировать В.Р. Идельсона, который утверждал, что "страховщик не принимает никаких особых противопожарных мер, не заботится о том, чтобы не поднялась буря, вообще снимает с себя заботы о том, чтобы материальная вещь, интерес в которой есть предмет страхования, осталась целой, точно также, в случае несчастья страховщик даст не вещи, а деньги (т.е. денежную стоимость интереса), и действительно, интерес этим обеспечивается от гибели: пусть дом горит, корабль тонет, - застрахованный интерес не гибнет с ними, он обеспечен, он "в огне не горит и в воде не тонет"..." Пожалуй, цитата В.Р. Идельсона обосновывает истинность объекта страхования, ибо страховщик не складирует предметы страхования (имущество страхователей), а формирует денежный фонд для удовлетворения интересов страхователей или иных заинтересованных лиц. В противном случае страховщику пришлось бы возмещать ущерб не деньгами, а различным имуществом страхователей и страховая компания превратилась бы в ярмарку или площадку для осуществления обменных операций с поврежденными вещами или имуществом страхователей. Не говоря уже об утраченных вещах, которые в принципе не восстанавливаются. Ведь страховой защите подлежит разнообразное имущество страхователей (по видам, группам, названиям и т.д.).

Но страхование кроме совокупности всего застрахованного имущества страхователей объединяет еще одно общее и единое для всех страхователей понятие - интерес. Так вот, именно данная категория, соизмеряемая в денежном эквиваленте, воплощает на практике принцип формирования страховщиком страхового фонда для удовлетворения интересов страхователей. Поэтому слова В.Р. Идельсона - "в огне не горит и в воде не тонет", характеризующие интерес, в отличие от мнения В.К. Райхера, который называет все тот же интерес "туманным признаком", на наш взгляд, более обоснованно характеризуют объект страхования. За одним незначительным исключением, касательно того, что В.Р. Идельсон рассматривает страховой интерес в качестве предмета, а не объекта страхования.

Будучи сторонником взглядов В.Р. Идельсона о приоритете страхового интереса перед имуществом, В.А. Рахмилович считает страховой интерес предметом, а не объектом страхования, полагая объектом страхового правоотношения содержание страхового обязательства, а именно поведение участников данного правоотношения. Нам представляется, что в данном случае, когда речь идет о конкуренции между имуществом и интересом как разновидностями объекта страхования, выбор юридической трактовки или обозначения данных категорий (имеется в виду объект или предмет страхования) можно отнести на второй план, так как в рассматриваемом вопросе наиболее важным является установление самого факта: вещь или интерес.

Поэтому, когда К.А. Граве и Л.А. Лунц исследовали данный вопрос, они вполне справедливо исходили из того, что страховой интерес не есть ни предмет страховой охраны, ни предмет страхового правоотношения, а одна из необходимых предпосылок возникновения и существования этого правоотношения, т.е. юридический факт, от наличия которого зависят возникновение и дальнейшее существование уже возникшего страхового правоотношения.

Если учесть, что объектом любого гражданско-правового обязательства являются правоотношения по поводу определенной имущественной потребности, которые выражаются через действия субъектов этих правоотношений, объектом страховых правоотношений являются действия заинтересованных лиц, направленные на обеспечение сохранности имущественных благ. Не это ли является юридическим фактом или объектом страховой охраны? Ведь применение словосочетания "действие к сохранности имущества" послужило предпосылкой для применения в доктрине еще одного правового понятия - "объект страховой охраны", которое употребляется для обозначения объекта страхования.

Справедливости ради следует отметить, что данное понятие вполне адекватно отражает правовое значение понятия объекта страхования. В правоприменительной практике понятие "объект страховой охраны" практически не применяется. Однако в доктрине оно используется довольно часто. Одним из ярких представителей сторонников данной доктрины является Н.С. Ковалевская, которая полагает, что под объектом страховой охраны будет пониматься имущество, в том числе имущественные права (в имущественном страховании) или жизнь, здоровье либо иные блага личности (личное страхование), с возможностью умаления которых у страхователя (застрахованного лица, выгодоприобретателя) связаны имущественные интересы, обеспечиваемые страхованием.

Н.С. Ковалевская рационально подошла к определению понятия объекта страховой охраны. Автору удалось совместить обе категории - имущество и интерес - в одно общее понятие "объект страховой охраны", при этом полностью в соответствии правилу п. 1 ст. 942 ГК РФ.

Довольно громоздкое, но в то же время весьма интересное содержание в понятие объекта страхования вкладывает А.И.Худяков, который включил его в основные страховые категории, дав расширительное толкование категории объекта страхования. А.И.Худяков полагает, что объект страхования - это застрахованный имущественный интерес, а именно определяемые предметом страхования и выраженные страховой суммой условия существования страхователя (застрахованного лица), защита которых обеспечивается обязательством страховщика произвести страховую выплату при наступлении страхового случая. Не подвергая глубокому анализу и исследованию приведенное понятие объекта страхования, можно лишь отметить, что автор совершенно справедливо основой объекта страхования считает страховой интерес, который объединяет предмет страхования - имущество с определенной стоимостью, а также обязательство страховщика по страховой выплате.

Если в Гражданском кодексе РФ при определении объекта страхования применяется дуалистический подход, то в КТМ РФ, в разделе о договоре морского страхования категория объекта страхования определяется однозначно, исключая всевозможную двоякость. В частности, в п. 1 ст. 249 КТМ РФ определено, что объектом морского страхования может быть всякий имущественный интерес, связанный с торговым мореплаванием, - судно, строящееся судно, груз, фрахт, а также плата за проезд пассажира, плата за пользование судном, ожидаемая от груза прибыль и другие обеспечиваемые судном, грузом и фрахтом требования, заработная плата и иные причитающиеся капитану судна и другим членам экипажа судна суммы, в том числе расходы на репатриацию, ответственность судовладельца и принятый на себя страховщиком риск (перестрахование). Столь общее определение, данное объекту страхования в КТМ РФ, в то же время является достаточно понятным в том смысле, что объектом страхования считается не имущество, а интерес, который включает имущество и другие имущественные права страхователей (выгодоприобретателей).

Указанная определенность объекта страхования в КТМ РФ, в отличие от ГК РФ, обосновывается, очевидно, тем, что КТМ РФ был принят намного позже Гражданского кодекса. Вероятно, разработчиками КТМ РФ при определении объекта страхования были учтены доктринальные выводы об объекте имущественного страхования, которые в большинстве своем основаны на том, что объектом такого страхования является страховой интерес. К сторонникам данной точки зрения кроме уже названных исследователей можно отнести М.Я. Шиминову, В.С. Белых, И.В. Кривошеева, Л.И. Корчевскую, К.Е. Турбину, Т.С. Мартьянову. В особенности хотелось бы выделить взгляды М.И. Брагинского, который в процессе исследования данного вопроса взял за основу положения ст. 929 ГК РФ, определяющие понятие договора имущественного страхования, в соответствии с которым объект страховой охраны разграничен на "убытки в застрахованном имуществе" и "убытки в связи с иными имущественными интересами".

Принимая за основу изложенное выше, а также положения норм страхового законодательства и доктринальные выводы, в нашем представлении объектом имущественного страхования являются имущественные интересы управомоченного лица, вызванные потребностью в возмещении случайных убытков, возникших в застрахованном имуществе либо в ином имущественном интересе.

Исследование категории объекта страхования позволило установить, что, во-первых, объектом страхования является не что иное, как страховой интерес. Страховой интерес, в свою очередь, конструктивно состоит из нескольких существенных признаков и является объектом не только имущественного, но и личного страхования.

Одним из наиболее существенных признаков страхового интереса является то, что интерес должен быть субъективным.

Признак субъективности страхового интереса - это, пожалуй, один из основополагающих признаков данной категории, так как только с помощью данного признака можно определить и установить следующее:

- наличие интереса в договоре страхования в принципе;

- принадлежность обозначенного в договоре интереса участнику страховой сделки или третьему лицу;

- определенность интереса;

- основание возникновение интереса, т.е. правовую связь между лицом и объектом страхования и т.д.

Прежде всего следует отметить, что страховой интерес как категория права- это не абстрактная категория, а совершенно индивидуализированная, принадлежащая определенному субъекту права.

В частности, если страхователем или выгодоприобретателем является физическое лицо, интерес отражает материальную потребность этого лица, возникшую путем осознания необходимости в данной потребности для личных целей. То же самое можно сказать и об интересе любого коллективного образования - юридического лица, который выражается через исполнительный орган юридического лица (имеется в виду единоличный исполнительный орган, реализующий волю членов коллективного образования в соответствии с предоставленными полномочиями). Например, руководитель юридического образования, являющегося субъектом права, вправе своими действиями представлять, защищать и удовлетворять интересы участников юридического лица, в том числе и через институт страхования. Это установлено непосредственно законом, который определяет, что страхование представляет собой отношения по защите интересов конкретных субъектов, а именно физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований (п. 1 ст. 2 Закона о страховом деле).

Следуя старой философской мысли о том, что все познается в сравнении, с целью познания субъективного признака страхового интереса целесообразно сравнить его с объективным признаком. Известно, что любого субъекта права связывают с предметами материального мира определенные отношения, например востребованность или невостребованность, стремление к улучшению, безразличие, потребление, сохранение, обмен и т.п. Перечисленные разновидности отношений субъектов к предметам материального мира проявляются в виде заинтересованности или, напротив, незаинтересованности в указанных предметах.

В совокупности перечисленные отношения составляют некий объективный интерес, существующий реально, который воспринимается и осознается каждым субъектом по мере потребительской надобности в указанных предметах материального мира. Поэтому объективный интерес является воображаемым, обобщенным, многогранным и разносторонним, т.е. абстрактным для неограниченного круга субъектов, а субъективный интерес, напротив, - конкретным и определенным, так как данный интерес указывает на конкретную потребность в определенном предмете материального мира одного лица- субъекта. То есть объективный интерес состоит из множества субъективных интересов.

Например, лесное угодье как предмет материального мира может быть объектом внимания огромного числа субъектов ввиду потребности этих субъектов в данном лесном угодье. Одним, например, лесное угодье необходимо для отдыха, другим в качестве огромного сырьевого древесного массива, третьим в научных целях, для исследования, четвертые определяют режим использования лесных угодий с целью их сохранения и приумножения и т.д. Это, что называется, объективная заинтересованность в лесном угодье, состоящая из множества всевозможных субъективных потребностей. А субъективный интерес возникает в зависимости от конкретной потребности в лесном угодье. Поэтому любая отдельно взятая из перечисленных потребностей является определенным субъективным интересом.

Что касается субъективного страхового интереса, он может выражаться, например, в виде заинтересованности в сохранении лесного угодья. Причем данная заинтересованность способна возникнуть у каждого из перечисленных субъектов - потребителей лесного угодья, так как у каждого из них имеется свое отношение к лесу, связанное с его использованием. Поэтому желание, связанное с сохранением лесного угодья, свидетельствует о заинтересованности лица в том, чтобы уберечь и сохранить лес от случайной гибели или повреждения для своих личных потребительских нужд. Целью подобной заинтересованности является отклонение от себя отрицательных материальных последствий, которые могут лишить лицо возможности использовать лесное угодье для себя.

Таким отношением к лесному угодью может обладать, например, собственник этого угодья, что подлежит рассмотрению как субъективный интерес собственника лесного угодья к его сохранению, ибо при наступлении неблагоприятного события у собственника леса возникнет убыток. Однако отрицать при этом наличие заинтересованности в сохранении лесного угодья у других его потребителей, кроме собственника, было бы неверно, так как гибель или повреждение леса своим последствием может нанести вред имущественным интересам и других лиц. В этом случае возникает необходимость в разграничении интересов различных потребителей лесного угодья и, соответственно, их отношения к данному лесному угодью, а именно, в установлении того, какие имущественные права указанных потребителей могут быть ущемлены в результате утраты или повреждения угодья.

У собственника, как было отмечено выше, возникает убыток, причем в полной стоимости лесного угодья. У других лиц, например, у заготовителей леса, закупающих у собственника древесину для последующей реализации, может возникнуть ущерб в виде неполучения предполагаемого дохода от реализации. То есть здесь возникает уже другой имущественный интерес, который должен оцениваться в размере неполученного дохода. Соответственно, у подобного потребителя лесного угодья иное потребительское имущественное отношение к лесному угодью, нежели у собственника.

Иные лица, использующие лесное угодье в качестве места отдыха, в случае утраты или повреждения лишаются возможности улучшить свое состояние. В этом случае имущественное отношение указанных лиц к лесному хозяйству подлежит оценке стоимостью расходов, связанных с выездом к месту отдыха, платой за вход в охраняемую лесную зону и т.п. А имущественный интерес здесь заключается в том, чтобы не осуществлять указанных расходов и, соответственно, не лишиться возможности провести время отдыха или восстановить здоровье.

На данном примере показано различие потребительского отношения субъектов к определенному предмету материального мира. У каждого субъекта может быть свой субъективный имущественный - материальный интерес к лесному угодью. Соответственно, каждый заинтересован в сохранении угодья для себя в своей выгоде и в своем интересе. В этом, собственно, на наш взгляд, и заключается отличие объективного - абстрактного интереса от конкретного субъективного имущественного интереса.

Для реализации субъективного интереса, т.е. удовлетворения конкретной имущественной потребности субъект должен проявить свою волю к данному интересу через активные действия. В частности, ему надлежит вступить в определенные гражданско-правовые отношения. До тех пор, пока субъект не выразит свою волю и не совершит определенные действия путем заключения необходимого гражданско-правового договора, в том числе договора страхования, интерес остается объективным. Но как только субъект проявляет волеизъявление к той или иной потребности по отношению к определенному имуществу или иному имущественному интересу, заключая определенный гражданско-правовой договор, объективный интерес, который был объектом потребительского внимания субъекта, прекращает свое существование и становится субъективным имущественным интересом, принадлежащим определенному лицу.

Сам по себе интерес есть объективная категория. Но страховой интерес, как справедливо замечает С.В. Михайлов, следует рассматривать как отношение субъекта к окружающим его условиям. Ибо эти условия всегда указывают на своего носителя - субъекта страхового правоотношения. Ведь страхуется не сам по себе интерес, а только интерес определенного лица. Страховой интерес является субъективным в смысле невозможности получения страхового возмещения лицами, не имеющими страхового титула (юридического интереса), т.е. лицами, не являющимися субъектами страхового правоотношения.

Следовательно, признак субъективности интереса, кроме всего прочего, выражает отношение лица к определенному предмету материального мира, а также связь этого лица с предметом материального мира. Или, как вполне обоснованно полагает Р.Р. Тузова, интерес должен быть субъективным, что вытекает из сути субъективного содержания вреда. Признание возможности объективного интереса, означающее признание самого интереса без принадлежности его к лицу (интерессенту), лишает договор страхования его определенности, осложняет исполнение обязательства страховщика.

Страховой интерес должен в определенной степени отражать взаимоотношение субъекта с предметом материального мира, которое подлежит страхованию. Например, если собственник земельного участка передает этот участок в ипотеку кредитору, ипотечное право кредитора все равно не согласуется с правом собственности на землю. Безусловно, И.А. Базанов был прав, утверждая, что кредитор во что бы то ни стало должен уступить праву собственности как более сильному или угаснуть для самостоятельных функций. На данном примере И.А. Базанова можно наглядно проследить соотношение двух различных субъективных интересов по отношению к одному предмету материального мира - земельному участку. А именно интереса собственника земельного участка и интереса кредитора - залогодержателя этого участка. Отмечаем, что отношение указанных лиц к земельному участку весьма различное, так как если собственник заинтересован в сохранении данного земельного участка для личного потребления, то залогодержатель - всего лишь для продажи и погашения ссуды.

В принципе, взаимоисключающих интересов и противоречий в указанных двух субъективных интересах нет, так как оба субъекта заинтересованы в сохранении предмета ипотеки. Иное дело, как отмечалось выше, различие в последствиях утраты или повреждения предмета ипотеки, так как для одного (залогодателя) это прямые убытки, а для другого (кредитора) это потеря обеспечения возврата выданного кредита, в связи с чем возникает необходимость в ином обеспечении.

В этом случае, если субъекты придут к согласию по распределению страховой суммы между собой, каждый останется при своем интересе и будет действовать в своем интересе. Что касается данного примера, следует заметить, что залоговое право, основанное на историческом опыте законодательства многих стран, предусматривает все же необходимость в определенном сочетании субъективных интересов собственника заложенного имущества - залогодателя и кредитора- залогодержателя в части распоряжения страховой суммой, если заложенное имущество застраховано.

Л.А. Кассо - известный исследователь залоговых отношений, применительно к данному вопросу придерживался несколько иной точки зрения, полагая, что понятие о залоговом праве должно со временем измениться только в сторону необходимости обеспечения прав залогодержателя на страховую сумму. Разделяя мнение о независимости страхового интереса залогодержателя от интереса собственника заложенного имущества, Л.А. Кассо не учитывал, что интерес залогодержателя в залоговом обязательстве возникает по воле собственника-залогодателя. Как отмечал другой классик - Б.Б. Черепахин, при предоставлении собственником залогового права на свою вещь он не утрачивает право собственности и никому не передает его, так как право залога возникает на основе права собственности и как бы проистекает из принадлежности собственнику права распоряжения. В связи с этим при определении соотношения между двумя субъективными страховыми интересами интересы собственника приобретают преимущественное значение даже в том случае, если заложенное имущество будет находиться в ведении или, что называется, во владении залогодержателя.

В свое время Е.В. Васьковский отмечал, что залоговое право дает своему обладателю возможность исключительного удовлетворения из цены данной вещи в случае неисполнения собственником лежащего на нем обязательства. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что у залогодержателя право на реализацию своего субъективного интереса по отношению к застрахованному заложенному имуществу обусловлено волеизъявлением собственника заложенного имущества, так как, отказываясь от исполнения своего обязательства перед залогодержателем, собственник заложенного имущества, по сути, тем самым уступает первому свой преимущественный субъективный интерес по отношению к заложенному имуществу, в том числе на причитающуюся страховую сумму, если, конечно, заложенное имущество застраховано. Но при условии соблюдения залогодержателем предусмотренной законом процедуры по обращению взыскания на заложенное имущество.

Аналогично залоговому праву соотносятся страховые интересы субъектов имущественных прав, являющихся участниками других различных гражданско-правовых договоров (лизинга, аренды, ссуды, хранения и т.п.).

Особое значение субъективный признак страхового интереса приобретает тогда, когда необходимо определить наличие или отсутствие страхового интереса у конкретного субъекта - лица, в пользу которого заключается договор страхования. В этом случае достаточно выявить наличие у данного лица правовой связи с предметом страхования или с иными имущественными интересами, так как закон прямо предписывает, что имущество может быть застраховано в пользу лица, имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении имущества (п. 1 ст. 930 ГК РФ).

Как видим, данная норма закона совершенно определенно устанавливает, что имущество может быть застраховано в пользу лица, т.е. определенного субъекта права, который должен обладать страховым интересом, или, применяя доктринальный термин, в пользу страхового интерессента. При этом статус страхового интерессента должен быть подтвержден тремя титулами: на основании закона (законный интерессент), иного правового акта или в соответствии с договором.

Именно указанная триада правовых оснований возникновения страхового интереса позволяет установить юридическую связь лица с определенным предметом страхования, тем самым исключая абстрактность интереса в объективном смысле, так как только при установлении наличия указанных обстоятельств можно с достаточной степенью определенности говорить о наличии у лица правовой связи с предметом страхования или иным имущественным благом и, как следствие, о наличии у данного субъекта имущественной заинтересованности. Отсутствие указанной правовой связи лишает категорию интереса в страховании признака определенности применительно к конкретному субъекту права, превращая тем самым страховой интерес в абстрактную категорию, что не соответствует природе страхования.

Юридическая связь лица с предметом страхования свидетельствует о том, что у данного лица имеется определенное отношение к этому предмету, основанное на имущественном интересе.

Таким образом, юридическое отношение лица к предмету страхования составляет, в сущности, второй признак страхового интереса, с помощью которого подтверждается основание возникновения у лица страхового интереса. Данное отношение можно назвать также правовым отношением лица к предмету страхования, основанным на законе, ином правовом акте или договоре.

Принимая за основу один из указанных юридических фактов, К.П. Победоносцев заметил, что "имущество можно признать имуществом того лица, которому оно принадлежит, кто им заинтересован, и в этом именно состоит одно из главных свойств договора, что в нем действие лица получает определенность". Из данной цитаты можно выделить две важные особенности договора, свидетельствующие априори о двух фактах - о принадлежности имущества конкретному лицу и, как следствие, заинтересованности этого лица в данном имуществе.

Но ко всему прочему применительно к договору страхования очень важное значение приобретает характер отношения лица к имуществу или иному имущественному интересу, а именно, какая заинтересованность связывает лицо с имуществом или в чем проявляется имущественный интерес субъекта к страхуемому имуществу или иному имущественному благу и чем обосновывается необходимость в данном интересе. Заметим, что законодатель отвечает на данный вопрос так: страховой интерес по отношению к имуществу должен заключаться в сохранности данного имущества, соответственно интерес к иным имущественным благам также должен заключаться в сохранении этих благ (ст. 930, 931, 932, 933, 934 ГК РФ).

Следует также отметить, что для страхового интереса немаловажное значение имеет структура, т.е. внутреннее содержание юридической связи лица с имуществом или иным имущественным благом, которая определяется совокупностью прав и обязанностей по отношению к страхуемому предмету. Правовую основу этих отношений, как было сказано выше, составляет вещное право, основанное на законе или ином правовом акте, а также на договоре. В частности, это может быть абсолютное вещное право, основанное на законе, принадлежащее собственнику и состоящее из владения, пользования и распоряжения вещью (п. 1 ст. 209 ГК РФ), или ограниченное вещное право.

Право, основанное на договоре и характеризующееся, например, следующими правомочиями:

- права арендатора или лизингополучателя состоят из права владения и пользования без права распоряжения вещью;

- права хранителя или залогодержателя состоят только из права владения без права пользования и распоряжения вещью.

То есть объем субъективных прав лица по отношению к вещи - предмету страхования, а также к объекту страхования (страховой интерес) определяется объемом правомочий, имеющихся у данного лица по отношению к вещи (имуществу), основанных, соответственно, на законе, ином правом акте или договоре.

Здесь следует также отметить, что любая вещь или имущество, находящееся в ведении лица, должны отвечать его определенным материальным потребностям. В зависимости от того, с какой целью необходимо лицу имущество, определяется, соответственно, правовой режим использования данного имущества. Если имущество необходимо для регулярного использования и потребления, лицо стремится приобрести это имущество в постоянное и бессрочное владение, пользование и распоряжение, т.е. в собственность. Титул собственника способствует возникновению у лица определенного отношения к имуществу. Правовой режим данного отношения определен законом и указан выше.

Это проявляется в основном в бережном отношении к имуществу, рациональном его использовании, регулярном уходе за ним, в том числе проведении его ремонта, улучшении, модернизации в процессе использования. Чтобы сохранить свое имущество в экономическом смысле от риска его утраты или повреждения, собственник вправе использовать достаточно эффективный финансовый и правовой механизм, именуемый страхованием. Данный механизм, как известно, предоставляет возможность сохранить имущество для себя в стоимостном, т.е. денежном выражении. Соответственно, неиспользование указанного механизма повлечет за собой возникновение у собственника убытков в размере стоимости имущества в случае его утраты или повреждения. Это обстоятельство свидетельствует о том, что собственник - лицо, владеющее имуществом на законном основании, всегда имеет заинтересованность в сохранении имущества от рисков его утраты или повреждения. Причем и в том случае, когда собственник передает свое имущество во временное пользование другому лицу.

Поэтому, если собственник как законный владелец имущества застрахует его на случай утраты или повреждения, страховой интерес в ненаступлении указанного случая будет только у собственника как у лица, которое может понести прямые убытки в случае утраты или повреждения имущества, даже если имущество будет находиться во временном пользовании у другого лица. Данный вывод был сделан ВАС РФ (п. 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28 ноября 2003 г. N 75), отметившим, что интерес в сохранении имущества имеется у его собственника и в том случае, когда обязанность нести расходы по замене утраченного или восстановлению поврежденного имущества возлагается на другое лицо. Аналогичный вывод сделан Федеральным арбитражным судом Северо-Западного округа.

Собственник, обладая абсолютной властью и господством над своей вещью, вправе по своему усмотрению распоряжаться этой вещью, передавая ее в гражданский оборот. И конечно, прав был Н.Л. Дювернуа, утверждая, что вещь лишь тогда легко сознается как предмет полного юридического господства лица (не только механического), когда эта власть может выражаться в свободном экономическом обороте отдельной вещи. Столь абсолютная власть и господство над вещью, принадлежащие собственнику, предоставляют ему право передавать эту вещь в аренду, лизинг, ссуду, залог, на хранение, перевозчику и т.п.

Наличие значительного числа правоотношений, которые в известной степени взаимоувязаны и пересекаются между собой, с одной стороны, является результатом распоряжения собственником своей вещью, а с другой - создает на практике ситуацию столкновения интересов. Это влечет за собой путаницу в вопросах определения истинного интерессента по отношению к определенному имуществу. Речь идет о конкуренции между лицами, владеющими одним и тем же имуществом, но на различном праве, или, другими словами, о конкуренции интересов лиц, чей титул основан на праве собственности, с интересами других лиц, которые владеют имуществом на ином - ограниченном праве.

То, что обладатели ограниченных прав имеют собственный интерес по отношению к имуществу, которым они владеют, наряду с интересами собственника этого же имущества, не отрицается. Однако, на наш взгляд, интересы указанных владельцев не могут конкурировать с интересами собственника, за исключением одного обстоятельства. Титул собственника как владельца имущества позволяет лицу всегда выступать в качестве интерессента, причем по всем рискам (имеется в виду, по рискам утраты или повреждения). Титул обладателя ограниченного права предоставляет лицу возможность выступить в качестве интерессента по указанным рискам только в том случае, если это лицо в соответствии с договором о передаче имущества будет нести ответственность за риск случайной гибели имущества или в связи с иными имущественными интересами, о которых речь пойдет ниже.

У контрагентов собственника, владеющих его имуществом на ограниченном праве, возникают определенные юридические отношения, т.е. правовая связь с этим имуществом и, как следствие, различный правовой режим владения и пользования имуществом. Указанная правовая связь оформляется в виде договора, в котором оговариваются условия временного владения и пользования чужим имуществом, что является формой выражения, в экономическом смысле, отношения лица к имуществу, в том числе с точки зрения заинтересованности в сохранении данного имущества.

При этом следует обратить внимание на то, что при передаче собственником имущества другому лицу данное имущество не окончательно отчуждается собственником, а передается во временное владение и пользование, с определенной экономической целью. Временной фактор владения чужим имуществом порождает у лица особое отношение к этому имуществу, в том числе по поводу его содержания и эксплуатации, что оговаривается в соответствующем гражданско-правовом договоре.

В совокупности указанные признаки характеризуют отношение лица к чужому имуществу, в том числе пределы заинтересованности в сохранении имущества. Поэтому у временных владельцев имущества несколько иной интерес и иное отношение к имуществу, нежели у собственника. Хотя всех владельцев имущества, в том числе и собственника, объединяет одно- заинтересованность в сохранении имущества. То есть каждый законный владелец вещи или имущества заинтересован в сохранении этого имущества. Различие здесь в целях сохранения имущества, которые определяются законом, иным правовым актом или договором.

Интерес собственника в сохранении имущества обусловлен его правовым статусом - статусом абсолютного владельца, который определен законом. Поэтому собственник во всех случаях заинтересован в сохранении имущества от его утраты (гибели) или повреждения для себя, на основании закона. Соответственно, при заключении договора страхования имущества от рисков его утраты (гибели) или повреждения интерес в сохранении данного имущества, т.е. страховой интерес по указанным рискам, имеется только у собственника застрахованного имущества.

Что касается других, кроме собственника, владельцев имущества, отличительной чертой их интереса является то, что они заинтересованы в сохранении не своего, а чужого имущества для своих целей.

Арендатор, как известно, получает имущество от собственника по договору аренды с обязательством возврата, т.е. во временное владение и пользование, поэтому он заинтересован в сохранении чужого имущества с целью возврата этого имущества. Кроме того, интерес арендатора заключается еще и в материальной выгоде или пользе, которую он извлекает в результате эксплуатации арендованного имущества за период владения им.

Соответственно, в случае утраты или повреждения чужого имущества по вине арендатора последний обязан будет нести бремя - обязательство перед собственником по возмещению ему ущерба, вызванного утратой или повреждением имущества. Это, безусловно, скажется на имущественном положении арендатора и повлечет за собой возникновение у него определенных материальных расходов по возмещению ущерба собственнику, а также убыток в виде потери доходов, которые арендатор получал в процессе использования арендованного имущества. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что арендатор также заинтересован в сохранении арендованного имущества, но в своем интересе, который основан на договоре аренды.

Вопрос о характере страхового интереса арендатора (имеется в виду интерес в сохранении чужого имущества) зачастую становится предметом дискуссий и судебных разбирательств, так как участники страховых отношений по-разному интерпретируют причину заинтересованности арендатора в сохранении чужого имущества. В частности, в одном из судебных дел, в котором предметом исследования был обозначенный вопрос, Федеральный арбитражный суд Московского округа указал, что страховой интерес арендатора воздушного судна заключается в его обязательстве по договору аренды возместить арендодателю стоимость утраченного имущества. То есть окружной суд фактически указал, что страховой интерес арендатора заключается в риске гражданской ответственности по договору аренды, а не в риске утраты или повреждения имущества, которым обладает только собственник. Этот вывод, кроме всего прочего, был сделан также и ВАС РФ в п. 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28 ноября 2003 г. N 75.

У лизингополучателя субъективный страховой интерес несколько отличается от интереса обычного арендатора. Отличие здесь, собственно, заключается в особенности правового режима владения чужим имуществом. А именно, если у обычного арендатора интерес в сохранении чужого имущества носит временный характер, т.е. имеется только в период срока аренды, и обусловлен расходами по возмещению вреда собственнику имущества, а также неполученным доходом, то у лизингополучателя несколько иные мотивы заинтересованности в чужом имуществе.

В частности, различие интересов здесь заключается в том, что лизингополучатель принимает у лизингодателя имущество с правом дальнейшего обращения этого имущества в свою собственность, при условии оплаты полной его стоимости. В этой связи условия лизинга, как правило, предусматривают рассрочку выкупа имущества у собственника. То есть в период действия договора лизинга, оплачивая регулярные лизинговые платежи, лизингополучатель тем самым обращает оплаченную часть имущества в свою собственность.

Следовательно, у лизингополучателя в выкупленной части стоимости имущества имеется прямая и непосредственная заинтересованность в сохранении этого имущества для себя от рисков утраты или повреждения. В данном случае возникает заинтересованность в сохранении не чужого имущества, как у арендатора, а своего, ибо наступление указанных рисков автоматически повлечет за собой возникновение убытков у лизингополучателя в оплаченной части имущества. Обозначенный интерес лизингополучателя обусловлен соответствующим договором лизинга, а не законом, так как право собственности в полном объеме на лизинговое имущество переходит к лизингополучателю только после полной оплаты этого имущества. Во всем остальном страховой интерес лизингополучателя практически совпадает с интересом арендатора. Здесь имеется в виду заинтересованность в сохранении имущества на случай возмещения собственнику ущерба при утрате или повреждении имущества в период пользования им, так как в соответствии со ст. 669 ГК РФ риск случайной гибели имущества переходит к лизингополучателю, если иное не предусмотрено договором лизинга (аренды). Кроме того, у лизингополучателя имеется интерес и на случай неполучения ожидаемого дохода от эксплуатации лизингового имущества. Указанные интересы лизингополучателя в сохранении лизингового имущества также основаны на договоре.

Немало вопросов в страховой практике возникает по поводу субъективного страхового интереса ссудополучателя - лица, получающего чужое имущество во временное безвозмездное пользование с обязательством возврата этого имущества собственнику. Причем право передачи вещи в ссуду принадлежит только собственнику (п. 1 ст. 690 ГК РФ). Следует отметить также, что ссудополучатель несет риск случайной гибели и повреждения вещи, полученной в ссуду. Это обстоятельство возлагает на ссудополучателя повышенную ответственность за принятую во временное пользование вещь и, соответственно, вызывает у него интерес в сохранении полученной вещи. Тем не менее, учитывая абсолютное право собственника на передаваемую ссудополучателю вещь, в страховой практике возник спор о наличии или отсутствии интереса в сохранении данного имущества у ссудополучателя, на случай его утраты или повреждения.

Рассматривая данный вопрос, ВАС РФ в Информационном письме от 28 ноября 2003 г. N 75 (п. 4) указал, что интерес ссудополучателя состоит в выгоде, получаемой ссудополучателем от предотвращения убытков, которые он понесет в случае невозможности использовать застрахованное имущество. Этот интерес ссудополучателя позволяет допустить возможность страхования им имущества в свою пользу. Здесь можно отметить еще и то, что интерес ссудополучателя в сохранении имущества по указанным признакам основан на договоре ссуды, также как интересы арендодателя и лизингополучателя.

Следует остановиться еще на одном участнике страховых отношений, чей статус в договоре страхования имущества вызывает немало вопросов. Речь идет о правовом положении хранителя по договору хранения и его страховом интересе. Дело в том, что хранитель, принимая на хранение вещи или имущество, отвечает за сохранность этого имущества по правилам ст. 900 ГК РФ и несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение принятых на хранение вещей на основании ст. 901 ГК РФ.

Обозначенное правовое положение хранителя побуждает его к принятию необходимых экономических мер с целью обеспечения себя на случай гражданско-правовой ответственности перед лицом, которое передает вещь на хранение. Для этого хранитель вполне может прибегнуть к механизму страхования. Но прежде чем вступить в страховое правоотношение, хранителю необходимо определиться со страховым интересом, т.е. своим отношением к имуществу, принятому на хранение. Критерием данного отношения может быть цель, определяющая заинтересованность хранителя в сохранении чужого имущества. Но, как того требует закон, у хранителя только одна цель, которая заключается в отклонении от себя будущих расходов, связанных с возмещением вреда лицу, передавшему на хранение имущество, и только. Другой цели, связанной с сохранением имущества для личного потребления, т.е. для себя, у хранителя нет. Обоснованием изложенных суждений являются следующие доводы.

Страхование чужого имущества, которое принадлежит на праве собственности другому лицу, в свою пользу противоречит здравому смыслу и правовой логике. Дело в том, что если произойдет гибель или повреждение имущества, которое находилось на хранении, только собственник, а не хранитель утратит это имущество. Соответственно, прямой и непосредственный убыток в застрахованном имуществе в момент наступления страхового случая возникнет у собственника. И до тех пор, пока хранитель, если по его вине имущество утрачено, не возместит собственнику ущерб, убыток будет на собственнике. Хранитель в данном случае несет только риск ответственности перед поклажедателем - собственником имущества за возмещение вреда последнему. Именно этим обосновывается заинтересованность хранителя в сохранении чужого имущества. Однако страховать подобную ответственность в качестве объекта страхования можно только в случаях, предусмотренных законом. В настоящее время законодательство РФ не предусматривает страхование гражданской ответственности по договорам хранения.

Тем не менее у Федерального арбитражного суда Московского округа иная точка зрения, которая сводится к тому, что если страховщик по договору страхования знал в момент заключения договора страхования на основании представленных страхователем - хранителем документов, что имущество не принадлежит последнему, то считается, что у хранителя имеется страховой интерес. Не вдаваясь в подробности рассматриваемого спора о страховом интересе хранителя, ФАС Московского округа, очевидно, последовал указаниям ВАС РФ, изложенным в п. 2 Информационного письма от 28 ноября 2003 г. N 75: если при заключении договора страхования имущества страховщик не воспользовался своим правом произвести оценку страхового риска и определить наличие у страхователя страхового интереса, считается, что у страхователя имеется страховой интерес, если страховщик не докажет обратное.

С подобной точкой зрения судебных органов согласиться сложно по причинам, изложенным выше. Если страховщик, по не зависящим от него причинам, будет лишен возможности предоставить документальные доказательства отсутствия у страхователя (выгодоприобретателя) страхового интереса, это может повлечь за собой необоснованные (компромиссные) страховые выплаты по согласованности между страховщиками и страхователем при явном отсутствии у последнего страхового интереса. Снимая со страхователей (выгодоприобретателей) бремя по доказыванию наличия у них страхового интереса, если в этом есть необходимость, судебные инстанции тем самым умаляют значение категории интереса в страховании, предоставляя возможность заключать договоры страхования без страхового интереса. В этой ситуации страхование может превратиться в игру, пари или спор на предмет наличия страхового интереса (например, если страхователь проигрывает, то страховщик в выигрыше в пределах размера страховой премии, и наоборот).

До опубликования ВАС РФ указанного обзора окружные суды, в том числе ФАС Московского округа, занимали, на наш взгляд, правильную позицию, когда бремя доказывания наличия страхового интереса возлагалось на страхователя (выгодоприобретателя). Но, к сожалению, судебная практика пошла по пути, противоречащему ст. 930 ГК РФ, которая предполагает установление наличия страхового интереса в момент заключения договора страхования на основании закона, иного правового акта или договора, а не после наступления страхового случая, тем более по воле страховщика. Если страховщик не проявит подобную волю, это может повлечь за собой, о чем было отмечено выше, компромиссные страховые выплаты (без наличия у лица страхового интереса в сохранении застрахованного имущества, т.е. кому угодно).

Особое положение среди страховых интерессентов занимают грузоотправители, перевозчики, экспедиторы и грузополучатели, так как имущество (товар), которое является предметом отгрузки и дальнейшей перевозки, переходит вместе с риском случайной гибели от одного лица к другому. Статьей 490 ГК РФ определено, что по договору купли-продажи может быть предусмотрена обязанность продавца или покупателя страховать товар.

В рассматриваемом случае страхование товара должно быть осуществлено в пользу лица, являющегося собственником товара, или в пользу лица, на которое по договору купли-продажи, договору перевозки или экспедиции перенесен риск случайной гибели (ст. 211 ГК РФ). В частности, если товар подлежит перевозке, то в соответствии со ст. 796 ГК РФ ответственность за утрату, недостачу и повреждение (порчу) груза или багажа во время перевозки несет перевозчик.

Соответственно, при страховании имущества (груза), которое подлежит передаче перевозчиком или экспедитором покупателю - грузополучателю, главным вопросом является установление лица, у которого имеется интерес в сохранении перевозимого груза, основанный на законе, ином правовом акте или договоре.

Так как в перевозках участвуют четыре лица - грузоотправитель, грузополучатель, перевозчик и экспедитор, соответственно, возникает вопрос об установлении наличия страхового интереса у каждого из указанных лиц. Причем данный интерес должен быть субъективным, основанным на правовой связи лица с товаром (грузом), т.е. интересом лица, которое понесет ущерб в случае утраты или повреждения груза. Законодатель, в принципе, обозначил данное лицо, о чем говорилось выше, - это лицо, на которое возложен риск случайной гибели груза.

Тем не менее в страховой практике зачастую возникают вопросы и споры о том, может ли быть страховым интерессентом перевозчик или экспедитор, грузоотправитель или грузополучатель. На этот вопрос можно ответить, что это зависит от вида страхуемого интереса, т.е. объекта страхования, и от правового основания данного интереса.

В частности, если речь идет о субъективных интересах грузоотправителя или грузополучателя, в качестве страхового интерессента следует рассматривать лицо, которое является собственником товара на момент заключения договора страхования. Установить данное обстоятельство можно только моментом возникновения права собственности у приобретателя товара, который обусловливается договором. Как правило, право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи (ст. 223 ГК РФ).

Если по условиям договора купли-продажи товара (груза) право собственности на товар переходит к грузополучателю с момента фактической передачи товара (груза) последнему, то до передачи товара страховой интерес будет только у грузоотправителя как собственника товара. Аналогичное обстоятельство в свое время послужило предметом спора между страховой компанией и грузоотправителем - страхователем. По условиям договора страхования был застрахован груз, который страхователь - грузоотправитель отгрузил и передал перевозчику для доставки грузополучателю. Однако во время перевозки груз был похищен и, соответственно, не был доставлен грузополучателю. Страховая компания отказала страхователю - грузоотправителю в выплате страхового возмещения, посчитав, что у грузоотправителя отсутствует страховой интерес в отношении застрахованного груза по той причине, что собственником товара является грузополучатель, так как товар продан последнему. Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа вполне закономерно признал выводы страховщика необоснованными, указав, что фактическое неполучение товара покупателем и последовавший вслед за этим отказ от оплаты свидетельствуют о том, что переход права собственности в отношении застрахованного имущества не состоялся. Соответственно, риск случайной гибели товара будет нести его собственник - грузоотправитель. Аналогичные выводы были сделаны тем же судом по другому делу, в котором суд указал, что страховой интерес зависит от того, кто является собственником в момент, когда произошел страховой случай.

Но если договором определено, что право собственности на товар переходит к грузополучателю с момента передачи этого товара первому перевозчику, то в данном случае страховым интерессентом следует признать грузополучателя как собственника товара. Обозначенные страховые интересы основаны на договоре купли-продажи товара.

Что касается интересов перевозчика или экспедитора, то их интересы отличаются от интересов собственника по отношению к имуществу (грузу) и его сохранению, так как указанная заинтересованность проявляется как интерес в сохранении чужого имущества, который основан на договорах перевозки или экспедиции, но это не объективный, а субъективный интерес указанных лиц. Подобный интерес обусловлен особенностью правовой связи перевозчика и экспедитора с имуществом (грузом) по договору перевозки или экспедиции. В частности, согласно указанным договорам, на перевозчика возлагается ответственность за несохранность груза (ст. 796 ГК РФ), а на экспедитора - за ненадлежащее исполнение обязанностей по договору экспедиции (ст. 803 ГК РФ).

Данные выводы были подтверждены Федеральным арбитражным судом Восточно-Сибирского округа при рассмотрении спора между страхователем - перевозчиком и страховщиком, который указал, что интерес страхователя - перевозчика, связанный с возможной ответственностью за нарушение договора (риск ответственности по договору), может быть застрахован по договору страхования риска гражданской ответственности. Собственные убытки выгодоприобретателя - грузополучателя, возникшие вследствие хищения у страхователя имущества, возмещаются при наличии договора страхования предпринимательского риска.

Интерес перевозчика или экспедитора груза подлежит рассмотрению как имущественный интерес, связанный с риском ответственности по договору, по правилам ст. 932 ГК РФ, а не с риском утраты или повреждения имущества по договору страхования имущества. Данный риск, как было отмечено выше, может быть застрахован только в пользу собственника имущества.

В страховой доктрине, а зачастую и на практике рассматривается положение о том, что залогодержатели вправе страховать заложенное имущество от риска утраты или повреждения в свою пользу, но не в полной стоимости, а в пределах ссудной задолженности.

На наш взгляд, указанная позиция в принципе приемлема в практике, но только по риску гибели (утраты) имущества, так как только гибель (утрата) заложенного и застрахованного имущества создает для банка - залогодержателя реальную угрозу, при которой банк полностью лишается обеспечения возврата выданного им кредита. Как следствие у банка возникает убыток из-за непогашения заемщиком ссудной задолженности. Но данное положение может использоваться только в том случае, если заложенное имущество находится во владении банка в виде заклада, одновременно с ответственностью за риск случайной гибели заложенного имущества. Только при указанных условиях, на наш взгляд, можно рассуждать о статусе банка - залогодержателя как выгодоприобретателя по договору страхования имущества. И только в той части страховой суммы, которая не превышает ссудную задолженность. В остальной части страховой суммы выгодоприобретателем, соответственно, должен выступать непосредственно залогодатель либо другой собственник заложенного имущества.

Третий признак страхового интереса характеризуется тем, что страховой интерес является экономической категорией, выражаемой в денежном эквиваленте. Другими словами, основу страхового интереса составляет материальная заинтересованность лица в определенной денежной сумме. Поэтому страховой интерес должен иметь стоимость, т.е. определенный эквивалент в денежном выражении, что, собственно, и составляет экономическую сущность страхового интереса.

Поскольку предметом исследования является категория страхового интереса, обусловленная случайной - эвентуальной потребностью в деньгах, для покрытия все того же случайно возникшего вреда или расходов, то, соответственно, целесообразнее было бы обозначить страховой интерес как желание в покрытии убытков. Поэтому зачастую третий признак страхового интереса характеризуют на практике и в доктрине, как "убыточность" страхового интереса, имея в виду, что страховой интерес является обратной стороной убытка.

Любое лицо, обладая определенным имущественным благом, желает его сохранить от возможной утраты или повреждения, так как в случае утраты или повреждения этого имущества заинтересованное лицо лишается указанных благ и тем самым несет определенные имущественные или иные материальные потери. Данные потери причиняют лицу определенный ущерб, требующий расходов или денежной компенсации для восстановления нарушенного имущественного блага. В страховании возникший у заинтересованного лица случайный ущерб определяется как убыток.

П.П. Цитович в свое время отмечал, что применительно к страхованию имущества следует обратить внимание на то, что договор страхования предупреждает не гибель или повреждение имущества, а убыток для такого-то лица, ибо перелагает убыток на другого - на страховщика; страхуется, следовательно, не имущество, страхуется лицо от возможных убытков. Развивая данную мысль П.П. Цитовича, Г.Ф. Шершеневич также отмечал, что страхование имеет в виду возместить убытки, которые могут быть причинены имуществу, понимаемому не в смысле вещи как материального предмета, а в смысле совокупности прав и обязанностей, связанных с известным лицом.

Доктрина убыточности страхового интереса обосновывается не только указанными суждениями, но и прямым указанием на это закона. Так, в частности, в ст. 929 ГК РФ прямо определено, что по договору страхования возмещаются убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выгодоприобретателя).

Если убыточность страхового интереса рассматривать с точки зрения материального ущерба для лица, что является одним из составляющих признаков убытка по правилам ст. 15 ГК РФ, то, соответственно, убыточность страхового интереса свойственна не только имущественным видам страхования, но и личному страхованию за некоторыми исключениями.

Дело в том, что в личном страховании экономическая сторона страхового интереса носит не восстановительный (ограниченный действительной стоимостью имущества), а компенсационный характер. Поэтому в личном страховании страхователь или застрахованное лицо определяют экономическую составляющую страхового интереса по своему усмотрению. То есть в пределах расходов, которые необходимы для покрытия возникшего вреда здоровью или в силу наступления иного события в жизни застрахованного лица. В этом, собственно, и заключается основное экономическое отличие страхового интереса в личном страховании от страхового интереса в имущественном страховании.

Денежное или стоимостное выражение, определяющее размер убытка, является одним из наиболее существенных свойств убытка как категории права. Именно данный признак был отмечен современным исследователем категории убытка в гражданском праве В.С. Евтеевым, определившим убыток как категорию, которая выражает в денежной форме утрату или умаление имущественных благ либо утрату возможности приобретения имущественных благ, которые являются результатом событий либо неправомерных действий третьих лиц.

В свое время Л.А. Лунц также полагал, что обязательство возместить убытки есть денежное обязательство, что, собственно, соответствует правовой природе страховых обязательств, ибо целью последних, в особенности по имущественным видам страхования, является возмещение убытков в застрахованном имуществе либо убытков в связи с иными имущественными интересами, наступивших вследствие события (страхового случая), предусмотренного договором страхования (ст. 929 ГК РФ). В данной норме закона фактически указаны все признаки убытка, которые необходимы для применения категории убытка в страховых правоотношениях.

Что касается денежной составляющей убытка, в страховании она определяется и рассчитывается в зависимости от вида страхования. Например, в страховании имущества размер убытка определяется фактической стоимостью застрахованного имущества либо затратами на ремонт - восстановление этого имущества. При страховании гражданской ответственности и предпринимательского риска сумма убытка определяется по усмотрению страхователя, без привязки к имуществу, в зависимости от предполагаемой масштабности возможного вреда. Масштабы предполагаемых убытков порой трудно установить, тем более если предполагается убыток от всевозможных природных и техногенных катастроф. В связи с этим М.И. Кулагин абсолютно правильно отмечал, что научно-технический прогресс повлек за собой появление новых опасных видов деятельности, продуктов, веществ, поэтому резко возросли масштабы возможных убытков, которые могут достигать астрономических размеров. Нередко убыточные последствия тех или иных действий проявляются через длительный промежуток времени, что, помимо всего прочего, затрудняет установление причинной связи между вредоносным действием и его результатом. Данные рассуждения М.И.Кулагина воспроизводят, по существу, признаки страховых случаев по страхованию гражданской ответственности крупных предприятий, эксплуатирующих особо опасные производственные объекты - атомные станции, электростанции, автозаправочные станции, угольные шахты и т.п.

Когда происходит утрата или повреждение имущества, у владельца данного имущества возникает убыток, связанный с расходами, необходимыми для восстановления поврежденного имущества, либо с расходами, связанными с необходимостью приобретения нового, аналогично утраченному имущества. Это обстоятельство, в свою очередь, побуждает владельца имущества задуматься и сделать выбор, оставить указанные убытки на свой счет, причем в полном объеме, либо возложить их на другое лицо путем заключения договора страхования. В этом и заключается цель страхования.

Поэтому когда лицо заключает договор страхования, оно заинтересовано прежде всего в деньгах для покрытия случайно наступившего убытка. В этом и заключается страховой интерес страхователей (выгодоприобретателей) в договорах имущественного страхования. Что касается договоров личного страхования, застрахованные лица также заинтересованы в определенных денежных средствах для покрытия внезапных и случайных расходов, связанных с лечением либо иным материальным обеспечением.

При возмещении убытка или вреда по договору страхования имущества страховое возмещение в суммарном выражении не должно превышать объем фактически причиненного убытка, т.е. должно быть в пределах стоимости застрахованного имущества. Именно поэтому В.И. Серебровский вполне обоснованно отмечал, что тот, кто требует возмещения понесенного ущерба, должен доказать, что его имущество подверглось уменьшению или не увеличилось.

На практике зачастую появляются высказывания о том, что в сохранении одного имущества могут быть заинтересованы несколько лиц, так как в случае утраты или повреждения имущества убыток может быть причинен одновременно несколько лицам. С житейской точки зрения подобные рассуждения кажутся вполне разумными. Действительно, любое имущество, если оно является предметом общественного использования (театры, музеи, школы, больницы и т.д.), вполне может приносить пользу одновременно нескольким лицам, и в случае утраты или повреждения любого из перечисленных объектов у каждого из пользователей этих объектов может возникнуть определенный имущественный ущерб, в зависимости от характера заинтересованности в сохранении указанных объектов.

Но изложенное обстоятельство не является основанием для того, чтобы каждый пользователь или эксплуатант того или иного общественного имущества заявлял, что у него наступил убыток в результате утраты или повреждения этого имущества в пределах его стоимости, так как убыток в имуществе возникает только у того лица, которому это имущество принадлежит на праве собственности. У остальных лиц могут появиться так называемые косвенные убытки, в частности, в виде расходов на билет в театр или музей, получение какой-либо временной выгоды от их использования и т.п.

Поэтому следует отметить, что убыток определяется не потерей лицом возможности извлечения полезных свойств и качеств от эксплуатации застрахованного имущества, а возможностью несения этим лицом ущерба в результате утраты или повреждения этого имущества. Ведь факт прекращение пользование имуществом не влечет за собой возникновение у пользователя имущества убытков, если данное лицо не является собственником этого имущества. Этот факт лишает его лишь возможности получения какой-либо дополнительной пользы от эксплуатации имущества. Однако если лицо является собственником имущества, то в результате утраты или повреждения имущества данное лицо помимо утраты возможности извлечения пользы от эксплуатации этого имущества лишается еще и самого имущества, которое потеряно для него безвозвратно. Только это лицо является страховым интерессентом.

Страховой интерес наряду с такими признаками, как субъективность, убыточность, юридическая обоснованность, обладает еще одним не менее существенным признаком - правомерностью. Страховой интерес должен быть правомерным. Если страховой интерес не обладает признаком правомерности, он является противоправным, т.е. противозаконным, и его страхование запрещено.

Данный тезис можно рассматривать в двух значениях: как принцип и как презумпцию. Принципиальное значение указанного тезиса заключается в том, что страхованию подлежат только правомерные, соответствующие закону интересы.

Основное значение правомерности страхового интереса заключается в нескольких аспектах:

- во-первых, императивное требование о правомерности страхового интереса предусмотрено законом (ст. 928 ГК РФ);

- во-вторых, нарушение данного требования влечет за собой ничтожность договора страхования;

- в-третьих, интересы, которые нельзя страховать, прямо установлены законом.

На первый взгляд, в названной норме закона совершенно четко поименованы интересы, страхование которых запрещено. Тем не менее в практическом значении и в процессе реализации данной нормы оказывается, что интересов, страхование которых запрещено, гораздо больше.

Прежде всего следует отметить, что установленный законом запрет на страхование распространяется не только на категорию интереса в страховании, но и на другие страховые категории. В частности, кроме категории интереса, запрещается страховать противоправные убытки и расходы, а именно:

- противоправные интересы (п. 1 ст. 928 ГК РФ), при этом законодатель не уточняет и не определяет какой-либо перечень противоправных интересов, страхование которых запрещено, а только презюмирует, что любой противоправный интерес страховать запрещено;

- убытки от участия в играх, лотереях и пари (п. 2 ст. 928 ГК РФ);

- расходы, к которым лицо может быть принуждено в целях освобождения заложников (п. 3 ст. 928 ГК РФ).

Таким образом, законодатель определил перечень интересов, страхование которых запрещается, они изложены выше, их три. При этом, если в п. 2 и 3 ст. 928 ГК РФ совершенно четко названы интересы, страхование которых запрещено, то в п. 1 указанной нормы ГК РФ запрет на страхование противоправных интересов является неопределенным, так как в нем не определены критерии и признаки, с помощью которых можно было бы установить противоправность страхуемого интереса. Данное обстоятельство порождает на практике множество неясностей и вопросов, что влечет за собой вольное и порой необоснованное интерпретирование термина "противоправность страхового интереса".

Тем не менее для внесения определенности в понятие противоправности страхового интереса прежде всего следует исходить из того, что страховой интерес есть субъективная категория права. Соответственно, для определения противоправности страхового интереса следует учитывать волеизъявление и поведение субъекта права. А именно, необходимо установить правомерность в поведении, действиях, помыслах и имущественных потребностях субъекта права, заявляющего о страховом интересе. Соответственно, без установления указанных субъективных признаков невозможно установить законность или противоправность страхового интереса.

Поскольку законодатель провозгласил принцип запрета на страхование противоправных интересов, правильнее было бы исходить из общих принципов гражданского законодательства о противоправности субъективного интереса, которая в конечном счете зависит от того, какое из требований закона нарушено интерессентом.

К данным требованиям в соответствии с Гражданским кодексом РФ относятся следующие:

- интерес должен быть основан на договоре, соответствующем закону, или, во всяком случае, интерес должен быть законным;

- интерес должен принадлежать дееспособному физическому лицу или правоспособному юридическому лицу;

- волеизъявление интерессента к заключению договора страхования должно соответствовать его подлинной воле без какого-либо порока.

Нарушение указанных правил влечет за собой два последствия - признание договора страхования ничтожным как не соответствующего ст. 928 или ст. 930 ГК РФ. И совершенно прав в своих суждениях М.И. Брагинский, полагая, что наряду с правилом о сделках, не соответствующих закону или иным правовым актам, впервые выделена категория сделок, совершенных с целью, противной основам правопорядка и нравственности. Такого рода сделки относятся к категории ничтожных. Именно данный смысл, на наш взгляд, вкладывал законодатель в содержание ст. 928 ГК РФ, вводя в правовой обиход термин "противоправность страхового интереса". И здесь мы полностью согласны с М.И. Брагинским в том, что договор страхования, заключенный с лицом, интерес которого противоправен, кроме признания ничтожным с момента его заключения, является сделкой, совершенной с целью, противной основам правопорядка. Основанием для признания страховой сделки ничтожной или недействительной могут служить умышленные действия лица, причем как в прямой, так и в косвенной форме.

Данные выводы находят отражение в положениях ст. 963 ГК РФ, которая полностью освобождает страховщика от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица. Само по себе любое умышленное действие или бездействие лица является признаком противоправного деяния, влекущего за собой государственное карательное преследование в той или иной форме уголовного или административного наказания (штраф, лишение прав на что-либо, лишение свободы и т.п.).

Меры воздействия к нарушителям основ правопорядка предусмотрены и гражданским законодательством, включающим в себя страховое законодательство. Применительно к страховым правоотношениям законодатель предусмотрел такие меры отрицательного имущественного воздействия на лиц, совершающих сделки, противоречащие основам правопорядка, как признание указанных сделок ничтожными. Причем без порождения имущественных прав, с последующим применением односторонней или двусторонней реституции и возложением на лиц - нарушителей гражданско-правовой ответственности.

Страховой интерес, как известно, обусловлен желанием и потребностью лица в отвращении от себя в будущем возможных убытков в различных формах. Поэтому термин "противоправный интерес" уже подразумевает, что возможные убытки подлежат рассмотрению как незаконные. Незаконность подобных убытков проявляется в двух аспектах:

- в объективном смысле, как существующих в обществе, но запрещенных законом к взысканию;

- в субъективном смысле, как убытков определенного лица, о которых заявляет это лицо, но которые являются незаконными и противоправными.

В качестве примера страхования противоправных интересов можно привести два основных обстоятельства. Первое, когда лицо не имеет законных прав на страхуемое имущество или иной имущественный интерес, однако при наступлении страхового случая заявляет о своем убытке и претендует на страховое возмещение. Второе обстоятельство, когда лицо является законным обладателем имущества или иного имущественного интереса, но владеет, пользуется и распоряжается указанными правами незаконно.

Что касается первого обстоятельства, оно проявляется тогда, когда лицо страхует имущество, добытое преступным или иным незаконным способом (в результате кражи, мошенничества, грабежа, разбоя и т.п.), например, страхование загородного дома, который был приобретен под влиянием обмана или заблуждения, или страхование присвоенного, изъятого, конфискованного, арестованного имущества, равно как и угнанного автотранспорта и т.п.

Противоправный интерес может проявляться и в том случае, когда имущество, в частности, производственное помещение принадлежит лицу на законном основании, но используется и эксплуатируется им незаконно, т.е. не по целевому назначению. Например, использование помещения мебельной или текстильной фабрики для изготовления в нем подпольным и нелегальным путем алкогольной или иной контрафактной продукции.

В свое время К.Д. Кавелин, исследуя вопрос о противоправности страхования, на основе анализа Устава торгового, действовавшего в России на рубеже XIX-ХХ вв., отмечал, что "нельзя страховать чужое имущество без поручения хозяина, вещи, заведомо погибшие, вещи несуществующие, мнимые, сознательное и умышленное назначение большой цены, или с утайкой действительного существа, доброты, свойства и количества, недействительно принятие на страх, когда страховщику достоверно известно, что корабль благополучно прибыл к месту назначения (ст. 1235 Устава)". В последнем случае описывается ситуация, когда противоправный интерес может быть застрахован не только по умыслу страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, но и по умыслу страховщика. То есть когда страховщик умышленно принимает на страхование интерес лица, который заведомо является противоправным, прекрасно понимая, что страховой случай не наступит ввиду того, что обстоятельства его наступления отпали. В действующем российском законодательстве подобный запрет предусмотрен ст. 958 ГК РФ, которая прямо указывает на досрочное прекращение договоров страхования, когда возможность наступления страхового случая отпала. Например, предприятие перестало заниматься особо опасной производственной деятельностью, соответственно, договор страхования гражданской ответственности страхователя перед третьими лицами должен быть прекращен по двум причинам. Во-первых, у страхователя перестал существовать страховой интерес. Во-вторых, любые взносы, поступающие страховщику по данному договору, подлежат признанию как незаконные, поэтому у страховщика также возникает противоправный гражданско-правовой интерес в случае дальнейшего сопровождения договора страхования, по которому отпали обстоятельства наступления страхового случая.

В личном страховании также встречаются случаи страхования противоправного интереса. Например, когда одно лицо - страхователь страхует жизнь или здоровье другого - застрахованного лица, причем на большую страховую сумму, но в свою пользу, назначая себя выгодоприобретателем по договору, а затем данное лицо совершает противоправные действия, направленные на наступление страхового случая, например смерти застрахованного лица, с целью скорейшего получения всей суммы страхового возмещения. Безусловно, в данном случае прослеживается противоправный интерес, характеризующийся умышленными действиями выгодоприобретателя, направленными на получение страховой суммы путем совершения убийства.

Порой на практике встречаются и такие случаи, когда застрахованные лица по договору личного страхования страхуют себя от несчастных случаев, в том числе на случай получения небольших и незначительных травм (вывихи, ушибы мягких тканей и т.п.), и в дальнейшем умышленно причиняют себе легкие травмы или телесные повреждения с целью получения страхового возмещения. В подобных случаях также прослеживается противоправный интерес, который выражается в преднамеренном действии застрахованного лица, направленном на получение страховой суммы, но не в результате наступления страхового случая, а путем умышленного причинения самому себе вреда.

Кроме изложенных обстоятельств законодателем определено еще несколько иных факторов, характеризующих противоправность страхового интереса, которые также влекут его ничтожность. Об одном из таких обстоятельств вполне обоснованно упомянул Ю.В. Дюжев, полагая, что признается ничтожной часть страховой суммы, превышающая страховую стоимость имущества (п. 1 ст. 951 ГК РФ). Здесь законодателем, в общем-то, реализован один из основных принципов и постулатов страхования о том, что целью страхования является не обогащение за счет необоснованного завышения страховой суммы, а возмещение реального и действительного ущерба.

Зачастую на практике возникают вопросы о противоправности страхового интереса, когда заинтересованное лицо, являясь законным владельцем застрахованного имущества, совершает административное правонарушение в процессе владения, пользования и распоряжения этим имуществом. В частности, речь идет о тех ситуациях, когда собственники застрахованного имущества нарушают таможенные правила при использовании имущества на территории Российской Федерации, или, например, когда собственником имущества не уплачен налог на законно приобретенное и застрахованное имущество, или когда приобретенное по договору транспортное средство не поставлено на регистрационный учет в органы ГИБДД и т.п.

Все названные ситуации были предметом исследования ВАС РФ, который, обобщив судебную практику по страховым спорам, в том числе по аналогичным ситуациям, в п. 5 Информационного письма от 28 ноября 2003 г. N 75 указал, что интерес собственника в сохранении имущества не может быть квалифицирован как противоправный исключительно на основании того, что застрахованное имущество в момент заключения договора страхования находилось на территории России с нарушением таможенных правил, ибо, как указал ВАС РФ, нарушение таможенных правил, допущенное истцом- страхователем порождает публично-правовые последствия. Применение административных санкций в отношении собственника само по себе не может служить основанием для квалификации характера его интереса как противоправного. То есть ВАС РФ фактически указал, что если имущество находится в собственности лица на законном основании, то никакое иное обстоятельство не может повлиять на наличие законного интереса в сохранении имущества у этого лица, за исключением самого факта незаконного использования этого имущества (имеется в виду, вопреки законным интересам других лиц).

В страховой практике встречаются также случаи, когда некоторые лица, причем в основном юридические, желают застраховать риск убытков от предпринимательской деятельности на случай привлечения их к административной ответственности налоговыми, таможенными или иными фискальными органами в виде уплаты штрафов. При этом данные убытки заинтересованные в этом виде страхования лица рассматривают как случайные, возникшие из-за непреднамеренной ошибки финансовых работников страхователей. На наш взгляд, указанные риски не подлежат страхованию, так как в основе подобных рисков заведомо заложены противоправные интересы, допускающие нарушение административного, в том числе налогового и таможенного, законодательства. При этом у нарушителей возникает реальная возможность переложить свою ответственность на другое лицо, оставаясь безнаказанными.

Практическая реализация подобных пожеланий и идей со стороны заинтересованных в данном виде страхования лиц может привести к правовому нигилизму, безответственности налогоплательщиков и, как следствие, ослаблению бюджета и внебюджетных фондов соответствующих административно-территориальных образований государства. Поэтому интересы, связанные со страхованием указанных рисков, следует рассматривать как противоречащие основам правопорядка и, соответственно, запрещенные к страхованию.

Особый интерес вызывает вопрос, связанный со страхованием гражданской ответственности как деликтной, так и договорной. Казалось бы, на первый взгляд, заинтересованные в данных видах страхования лица заведомо страхуют свои нарушения, которые наступят в будущем, тем самым снимая с себя гражданскую ответственность за неисполнения обязательства. Причем это виновные нарушения, влекущие за собой имущественную ответственность данных лиц. Поэтому, собственно, и возникает вопрос о правомерности страхования подобного рода рисков. Ведь фактически лица, страхующие свою гражданскую ответственность, перекладывают ее на страховщиков, тем самым снимая ее с себя, что, собственно, позволяет им вообще не исполнять гражданско-правовые обязательства.

Данный вопрос всегда был и является предметом дискуссии. Отдельными авторами допускается, например, страхование риска ответственности за причинение вреда (деликтная ответственность), а также страхование гражданской ответственности по договору, но в случаях, предусмотренных законом. В свое время данную теорию развил и вполне аргументированно обосновал известный российский цивилист начала XIX в. А.А. Симолин. В своей классической работе "Основания гражданской ответственности за вред и убытки", написанной в 1905 г., А.А. Симолин взамен старой теории, гласившей, что "нет ответственности без вины", развил две другие, более прогрессивные теории - теорию риска и теорию казуальной воли. При этом, отстаивая необходимость сохранить (как общее правило) теорию вины, А.А. Симолин предложил другой подход для решения вопроса о защите потерпевших во множествах казусов, когда отсталость и несправедливость теории вины слишком очевидна. А.А. Симолин предложил перейти в деликтном праве от принципа индивидуализма к принципу разложения вреда. Это нашло в дальнейшем развитие и применение в гражданском праве через механизм страхования, который основан исключительно на принципе разделения вреда, о чем также свидетельствует принятый в 2002 г. Закон об ОСАГО.
сущность страхования
правовое регулирование
методология расчетов
страхование в МЭО
участники страхования
Формы взаимодействия участников страхования:
элементы страхования
Copyright 2011-2013 © Страхование